Злодейский путь!.. Том 7 и Том 8 (СИ)

 — Наверное, следует поговорить с ним прямо сейчас, — с сомнением произнес он.

Старейшина пика Славы поднял на того взгляд. Его лицо выражало немой вопрос.

— Он сказал мне, что знает, кто я такой. Что я вовсе не учитель Шен, а человек из другого мира, занявший чужое тело. Вся его речь звучала довольно претенциозно, и сгоряча я сказал, что больше никогда не назову себя его учителем.

Муан, дернувшийся при первой фразе, к концу речи Шена заметно успокоился и даже улыбнулся кончиком губ.

— Тогда что не так? Беспокоишься, что он разболтает? Как этому мальчишке вообще удалось узнать?

Шен покачал головой.

— Дело не в этом…

— Только не говори, что думаешь, что был слишком резок!

— Нет… То есть… Меня беспокоит кое-что другое.

— Если заботишься о его репутации, можешь попросить старейшину Рита принять его, или старейшину Лева. Не обязательно возвращать его на пик Таящегося ветра.

— Это я также понимаю.

— Тогда в чем твои сомнения?

— Я не должен был так легко отказываться от него.

Муан уставился на хозяина Проклятого пика, очевидно не понимая, что здесь неправильного.

— Приняв его в качестве своего ученика, я возложил на себя определенную ответственность. К тому же, у Ала было тяжелое детство и недостаток родительского внимания, и учитель для него — больше чем просто учитель. Теперь Ал взбунтовался и повел себя не так, как подобает прилежному ученику. И я просто отказался от него. Это как-то неправильно. Конечно, гораздо проще будет выгнать его и забыть о проблемах, связанных с ним. Однако разве не похоже это на простое бегство от ответственности? Ал ведь не вещь, которую можно выбросить, если стала неудобной. Я давал ему обещания. Все это гораздо сложнее принципа «мне не нравится, каким ты стал, поэтому уходи». Та ответственность, которую я взял…

— Шен, прекрати говорить, — перебил его Муан.

Тот удивленно посмотрел на него.

— Я понял, что ты имеешь в виду еще в середине этой речи.

— О, — протянул Шен немного смущенно. — Я просто пытался выразить, в чем именно заключаются мои сомнения. Точнее, сомнений больше нет. Это моя ответственность, и мне нужно придумать, как урегулировать ситуацию. Просто отмахнуться от него, словно он ничего для меня не значит, я не могу.

— Ты верно сказал: ты его учитель, — весомо произнес Муан. — Учитель, а не отец. Хотя даже родные отцы могут поступать жестоко и отказываться от своих детей. В каком мире ты жил? Там на самом деле так уважают детей? В принципе так уважают чувства простых людей? Или дело в тебе? Может, ты не осознаешь, но учителя в нашем ордене изгоняют учеников и за меньшие провинности. Твой Ал на самом деле слишком многое себе позволяет.

Шен молчал, переваривая его слова."

"— Пусть так, — наконец, произнес он. — Дело не в том, что здесь так не принято.