Пустые зеркала

– В девяносто втором году зеркало тоже стало, так сказать, свидетелем преждевременной кончины человека, – перехватил инициативу Соболев.

Карпатский отдал ему маркер и посторонился, а Соболев занял его место и вписал во второй столбик всего пару строк: «самоубийство» и «Павел Котов (25)», после чего повернулся к остальным.

– По материалам дела все довольно однозначно: парень увлекся оккультизмом, в тот вечер якобы проводил какой-то ритуал в деревенском доме недавно почившего деда и отчего-то вдруг полоснул себя ножом по горлу. Нам с Савиным пришлось побегать, но все же удалось переговорить с некоторыми родственниками и бывшими соседями погибшего. Сразу несколько человек упомянули, что незадолго до своей смерти Павел говорил про некий клад, якобы припрятанный дедом. То ли драгоценности, награбленные еще во времена революции, то ли что-то в таком роде. Никто, к слову, в этот клад не верил, поскольку его бабка с дедом всегда жили довольно скромно, как все. Тем не менее парень не сомневался, что клад есть. И поскольку дед при жизни так и не сказал ему правду о местоположении клада, он решил выяснить это после его смерти, пока не стукнуло сорок дней и душа деда не отлетела окончательно в мир иной. Вот как раз во время вызова духа он и погиб.

– Так расстроился, потому что тот не пришел и ничего ему не рассказал? – предположил Карпатский.

– Версия следствия была именно такой, – хмыкнул Соболев. – Но ты велел найти того, кто выиграл от этой смерти, и вот что нам удалось узнать. Дед завещал тот дом со всем имуществом Павлу и его старшему брату – Петру. После гибели Павла дом полностью достался его брату, который как раз тогда женился. И вот что примечательно: года не прошло, как Петр продал дом и купил квартиру, а также машину. На все вопросы отвечал, что заключил очень хорошую сделку, но по словам тех, с кем нам удалось переговорить, дом в деревне просто не мог столько стоить. А дальше дела у Петра и вовсе пошли в гору: он организовал сначала один бизнес, потом другой… В общем, все это время жил припеваючи. Он и сейчас живет недалеко отсюда, в элитном коттеджном поселке, поэтому с ним самим нам не удалось переговорить: охрана нас даже на порог не пустила. Велели вызывать хозяина повесткой, если есть какие-то вопросы, а он возьмет с собой адвокатов.

– Так что клад, скорее всего, действительно был! – вклинился Савин нетерпеливо. – Возможно, Петр о нем даже знал. Скорее всего, тот был спрятан где-то в доме и являлся частью дедушкиного наследства, но Петр не захотел делиться им с братом.

Соболев кивнул и добавил на доску в нужный столбец еще две строчки: «брат» и «убийство?».