Пустая могила

Тем более что сейчас в самом разгаре прекрасный солнечный день и твой призрак ну никак материализоваться не может.

– Да, наверное. Хотя с этими призраками никогда нельзя быть в чем-нибудь уверенной наверняка… Джордж, ты где сесть собираешься?

– Вот здесь, рядом с Квиллом.

– Хорошо, только постарайся не наклоняться и вообще не делать резких движений, – предупредил Киппс, с опаской косясь на тренировочные штаны Джорджа.

Я окинула радостным взглядом заставленный горячими тостами поднос, который водрузила на стол Холли, и пошла на свое место. Локвуд уже занял традиционное место во главе стола и начал разливать по кружкам горячий чай.

– Так, посмотрим… – Джордж потер ладони, окидывая взглядом весь стол. – Чай, тосты, яйца, джем, шоколадная паста, кукурузные хлопья в сахаре и в другой посыпке… Да, это настоящий классический завтрак в агентстве «Локвуд и компания». Эй, постойте! А это еще что такое?

– Это мерзкий обугленный череп, с которым Люси не хочет расставаться и повсюду таскает с собой, – мрачно ответила Холли. – Лично я предпочла бы видеть его в какой-нибудь банке или коробке, если уж не имею возможности вообще его не видеть.

– Да нет, я не про череп спрашиваю, с ним все ясно. Я про эти вот вазочки-чашечки с семечками, орешками и прочей ерундой. Господи, да они даже не соленые! Жесть! Откуда они взялись?

– Из кладовки, – наябедничала я. – У Холли там заначка имеется.

– И ты втихаря ходишь в подвал, чтобы погрызть орехи и семечки? – укоризненно посмотрел на нее Джордж. – Меня удручает даже не столько то, с каким небрежением ты относишься к своему телу, если кормишь его этим… этими… сколько то, что делаешь это тайком. Мне от такого огорчения даже торта вдруг захотелось. Скажите, у нас нет торта?

– Ты прекрасно знаешь, что к завтраку у нас торт не подают, – отрезал Локвуд. – Ешь что есть.

И Джордж вместе с нами принялся уплетать «настоящий классический завтрак», принятый в агентстве «Локвуд и компания». Прекрасный это был завтрак, скажу я вам, хотя обстановку, в которой он проходил, никак нельзя было назвать нормальной. Дело в том, что кухня пострадала едва ли не сильнее, чем остальные части дома. Когда мы впервые после той ночи пришли сюда, двери и окна были разбиты, мебель по большей части вообще уничтожена, на покрытом линолеумом полу остались пятна крови и дыры с обожженными краями. С кухни мы и начали восстановительные работы – ведь кухня, как известно, центр любого дома. Его семейный очаг, так сказать. Короче, мы немедленно содрали и выбросили линолеум, вынесли сломанные шкафы. Заменили разбитое окно. Повесили новую дверь на черном входе – осталось только ее покрасить. И, разумеется, купили новый стол и застелили его новой скатертью для размышлений.