Пустая могила

Если и раздавались какие-то звуки, то их слышала только я одна, и это было радостное хихиканье черепа. Локвуд поднялся на ноги. Мы начали спускаться к нему, подобрав по дороге его рапиру.

– Ты мог погубить всех нас, – строго сказала я. – Если бы Локвуд попал в ловушку…

Когда я передала слова черепа своим товарищам, никто из них почему-то не развеселился.

– На этот раз он перешел все границы, – сказала Холли. – Лично я голосую за то, чтобы завтра же отправить его в печи Фиттис, в Клеркенвелл.

– Ну зачем же сразу так строго, – возразил Киппс. – Я вот, например, благодарен ему. То, как Локвуд катился вниз, я запомню до конца своей жизни. Неповторимая была картина! А череп… Ну не вы же, в конце концов, отвечаете за его воспитание, верно? Уж какой он есть, такой есть, ничего с этим не поделаешь. Так что я голосую за то, чтобы постараться выжать из него максимум пользы для нас, вот и все.

Здравого смысла в словах Киппса было больше, чем в нервном заявлении Холли, это все поняли. Я прошла вперед, остановилась рядом с Локвудом. Из раскрытой горловины рюкзака жадно выглядывал череп.

– Я хочу, чтобы ты внимательно следил за тем, нет ли на следующих ступеньках петель, рычажков, натянутых проволочек, переворачивающихся каменных плит, ловушек простых, ловушек с призрак-бомбами и всего прочего, что может нам всем угрожать. Как только заметишь что-нибудь, немедленно крикни. Все остальное время молчи. Чтобы я ни одного лишнего слова больше от тебя не слышала. Согласен?

– Что еще? – спросила я и от души выругалась себе под нос.

Я включила фонарь и сразу же увидела блестящую проволочку, натянутую на уровне моей лодыжки.

– Растяжка, – выдохнул Джордж.

– Ага, и может быть, кое-что еще, – указал Локвуд на вырезанную в стене маленькую канавку, в которой исчезала проволока. Он поднял свою свечу выше. Один из камней наверху был больше остальных и слегка выступал над гладкой поверхностью стены. – Возможно, если бы мы задели проволоку, он свалился бы нам на голову. Очень может быть, а может быть, и нет…

– Давайте не будем это проверять, – попросила Холли и громко сглотнула.

Один за другим, мы перешагнули через проволоку, дрожа при этом не столько от могильного холода, сколько от страха. Затем Локвуд вытер тыльной стороной ладони капельки пота со лба и сказал:

– За эту проволочку мы должны поблагодарить наш череп. А теперь двинемся дальше. По-моему, идти осталось совсем недалеко.

Мы продолжили спуск по плавно заворачивающим в сторону ступеням. Череп молчал. Судя по всему, новые опасности нам не угрожали. Вскоре перед нами оказался широкий, почти полукруглый арочный проход. На подходе к нему ступени кончились, и мы оказались на ровном каменном полу.

Никто из нас не произносил ни слова.