Пушкарь (сборник)

– В этой комнате почивать изволите по приезде – в большой комнате одиноко стояла широкая кровать с периной и стол. Ну что же, для начала неплохо.

Поехали смотреть лесопилку. Получилась она лучше, чем в Касимове, я учел свои ошибки. Плотники споро пилили бревна на доски, приятно пахло опилками и смолой.

– А что, артельный, нравится доски делать?

– Быстро и хорошо получается, а с деревом мне всегда нравилось работать.

– А не останешься ли с артелью на постоянную работу? Наниматься каждый раз не надо будет, всегда с копейкой.

Чувствовалось, что такой вариант его устраивал.

– Надо посоветоваться с мужиками.

После недолгой беседы он вернулся:

– Двое в город уходят, не берутся, остальные останутся.

Я расплатился по договору.

Артельный сразу спросил:

– А как оплата за работу – с бревна или с доски?

Я пообещал подумать. Заодно порешили вопрос об их жилье, сейчас они жили в шалашах у лесопилки, но впереди была зима.

– Хорошо, стройтесь, кто хочет – приводите семьи, обустраивайтесь.

Я мечтал о большой деревне: и работа будет, и от лихой ватажки отбиться проще.

Ко мне подошел Захар:

– Барин, еще покупать лошадь и повозки надо, на торгу приказчика нанимать, чтоб досками торговать. У меня родственник есть – возьмешь ли?

Да, об этом я и не думал, простой мужик подсказал.

После проверки расходов я выдал Захару деньги на покупку подвод и лошадей, дал распоряжение и уехал в город. Надо же и госпиталем заняться. Несложными перевязками или больными занимались помощники, наиболее сложных я оставлял себе. Авторитет мой с каждым вылеченным больным или раненым рос, уже не только рязанцы, но и жители окрестных городков и сел приезжали полечиться. Один из пациентов оказался мельником из Одинцовки. Я уговорил его за отдельную плату съездить с Прохором во Власьево, найти хорошее место для мельницы и объяснить артельным, что и как делать.

За два месяца на речушке уже стояла моя мельница. Кроме авторитета лекарского рос и мой авторитет хозяйственника. Ко мне приходили бородатые, степенные купцы, после долгого предисловия расспрашивали, каким подсобным промыслом заняться, не хочу ли я войти с ними в долю в торговле. Вначале я отнекивался, поскольку в местной торговле ничего не понимал, – ведь оптовые партии товара купцы часто меняли – лен на мед, сатин на пшеницу, ячмень на железо. Здесь важно было не прогадать. Наконец я сдался. Доход от деревеньки, подсобных производств рос, на торгу у меня уже были две торговые точки – с досками и сельхозпродукцией. Поставки досок шли исправно, оборот рос, серебришка в доме прибавлялось, а памятуя незабвенную полит– и прочую экономику с института – деньги должны работать, я вошел в долю с купцом, что возил товары в Новгород и Москву, Киев и Вятку.