Пуля для карателя

Лейтенант Уде открыл от изумления рот, зачарованно глядя, как появляется «кролик» из рукава — вернее, не кролик, а рукавный британский пистолет «Sleeve Gun» от компании «Welrod», недавняя разработка союзников — ни рукоятки, ни магазина, а только ствольная цилиндрическая коробка со спуском и единственным патроном «Браунинг» калибра 7,65. В последний миг ожили голосовые связки, но лейтенант не успел взреветь — выстрел прозвучал почти бесшумно, его впечатало вместе с табуретом в угол, где он и остался сидеть с бессмысленными глазами. На уровне сердца расплывалось алое пятно."

"Таврин подлетел к двери, замкнул ее на внутренний замок, перевел дыхание. Пистолет достался от британского летчика, сбросившегося с парашютом не туда, куда следовало. Не Таврин, понятно, лишил его жизни, но присутствовал при этом позоре королевской авиации, а потом прибрал планшет, в котором и обнаружилась эта штука с тремя запасными патронами. Ночью изучал устройство при свете настольной лампы, цокал языком, удивлялся, на что способны нещадно эксплуатируемые капиталистами английские инженеры…

Перезаряжать штуковину — сплошное неудобство, оттого и пришлось обер-лейтенанта Зейдемана предварительно выключить. Можно было, конечно, и ножом, но как-то противно, ей-богу… Обер-лейтенант уже шевелился, стонал, начал переворачиваться на спину. Под разбитым носом запеклась кровь, порвалась нижняя губа, превратившись в страшноватое подобие заячьей. Он так и не понял, что произошло, лишь со свистом дышал через сплющенные носовые хрящи, а изо рта вырастал кровяной пузырь размером с первомайский шарик. Таврин выстрелил прямо в сердце и опустил пистолет. Обер-лейтенант в последний раз взбрыкнул ногами и затих. Таврин перевел дыхание, прислушался. Снаружи все было тихо. У смешного британского пистолета масса недостатков и неудобств, но преимущества очевидны. Коллеги по многотрудной работе на благо рейха были мертвее некуда.

Что-то шевельнулось на стене справа, и на лбу выступил холодный пот. Он все-таки не железный! Оказалось, это собственное отражение в настенном зеркале. Оно отображало офицера вермахта с каменной, сведенной судорогой физиономией — среднего роста, среднего сложения, с тщательно уложенными светлыми волосами. Так уж удружили мама с папой — вышел блондин, «высшая раса, истинный ариец» с голубовато-серыми глазами и квадратными скулами, хоть на плакат, восхваляющий последние достижения германской генетики! «Северная нация» — еще бы, мама с папой были уроженцами глухой деревни на севере Архангельской области, там таких «викингов» пруд пруди! Как предстал в июле 43-го перед светлыми очами подполковника Истомина, начальника 4-го отдела ГУКР Воронежского фронта, — так у того от вожделения аж слюнки потекли.