Пулевое многоточие

– В такую жару? – простонал Крячко. – Я представляю, что это будет за поездка!

– Моя Мария сейчас на гастролях, – сказал Гуров. – Именно в такую жару. И весь театр с ней вместе. И тысячи людей в такую жару едут в командировки.

– На юг они едут, – проворчал Крячко, невольно ища глазами газету, потому что муха опять принялась атаковать его макушку. – На солнечном пляже, в июле… Как там у Вертинского?

В дверь постучали, и сразу же на пороге возник среднего роста человек в сером костюме, серьезный и аккуратный, с каким-то баллончиком в руках. Он был похож на того среднестатистического гражданина, которого рисуют на плакатах, разъясняющих, с какой стороны следует обходить транспорт или куда звонить при пожаре. И Гуров и Крячко знали этого человека, но он тем не менее представился:

– Разрешите, товарищ полковник? Засекин. Из отдела по борьбе с экономическими преступлениями. Вам генерал еще ничего не говорил?

Муха выписала перед его носом мертвую петлю. Засекин на мгновение насупился и вдруг, быстро подняв руку с зажатым в ней баллончиком, выпустил из него струю аэрозоля. Ядовитое облако окутало веселящуюся тварь, муха панически зажужжала, заметалась, неожиданно рухнула под стол и испустила дух. Крячко посмотрел на гостя как на волшебника.

– Слушай, Засекин! – сказал он с чувством. – Ты просто гений! Или у вас в отделе всем такие выдают?

Засекин повертел в руках баллончик и сдержанным негромким голосом объяснил:

– Я просто тут по пути зашел, взял у ребят отраву взаймы, чтобы пшикнуть у себя в кабинете. Тоже мух налетело – сил нет. И откуда только они берутся? А вот, значит, и вам пригодилась.

– Это точно, – кивнул Гуров. – Но ты, Засекин, нам еще больше нужен. Говорят, вы с Быковым друзья?

– Ну, не закадычные, – подумав, ответил Засекин, – но иногда на футбол вместе ходили. В гости взаимно. Последнее время-то нет. Моя супруга не одобряет, что Дмитрий Леонидович из семьи ушел. Вот, значит…

– Понятно, – снова кивнул Гуров. – А ты как? Ну, насчет выбора, который сделал Быков?

Засекин пожал плечами.

– В чужой монастырь, как говорится… – вздохнул он. – Лидия Ивановна, секретарша его, баба, конечно, видная. На лицо, может быть, и не так красива, но фигура исключительная. Одевается броско. Ну и возраст, само собой. Елена Владимировна, супруга его, на двенадцать лет старше. Что же тут скажешь? Если мужика повело, его уже ничем не остановишь.

– А куда они оба подевались? – спросил Гуров. – Быков и его секретарша? Что вы об этом думаете?

– Видите ли, товарищ полковник, последний раз я видел Дмитрия не менее месяца назад. А Лидию еще раньше. Поэтому даже не пытаюсь строить предположений.

– Вы не созванивались ни разу за этот период? – поинтересовался Гуров.