Пулевое многоточие

На вопрос Подушкина, зачем он это делает, Гуров ответил:

– Считайте, что так я ему мщу за вас.

– Тоже мне месть! Вот если бы взорвать все это корыто со всеми ублюдками, которые на нем находятся… – мечтательно прищурился он.

– Вас, конечно, исключаем? – вежливо подсказал Гуров.

– Безо всякого сомнения! – отрезал Подушкин. – Моя фигура слишком значительна, чтобы сопоставлять ее с кем попало. Уж не воображаете ли вы, что все люди равны?

– Ну что вы! Даже в тюрьме нет равенства, хотя казалось бы – тюрьма!

– Да что вы заладили – тюрьма, тюрьма! – разозлился Подушкин. – Меня это не касается, зарубите себе на носу! Налоги, проституция – на все это существуют соответствующие ведомства. Я просто отдыхал, понятно?

– Понятно. Интересно, а какое ведомство организует подобный отдых? – задумчиво спросил Гуров. – Не дадите адресок?

– Да пошел ты! – раздраженно сказал Подушкин, направляясь к бару. – Сначала организуй мне записи, которые этот подонок настрогал тут, а потом поговорим…

Он уже второй раз совал нос в бар, заявив, что должен снять стресс. Гурову очень не хотелось возиться с пьяным Подушкиным, но мешать ему он не стал – сейчас нужны были взаимопонимание и мир в команде.

Покончив с видеокамерами, Гуров отвел в сторону совсем загрустившую Машу и негромко предупредил:

– Отправляйся в ванную и распори платье!

– Чего?

– Придется плавать, – пояснил Гуров. – Тебе нужно будет быстро освободиться от платья. Твоя задача не дать утонуть этому жиртресту.

– А он не умеет плавать? – с ужасом спросила девушка.

– Не знаю. Думаю, что все-таки умеет. Хотя бы по-собачьи. Но у нас нет другого выхода.

– Почему нет?

– Потому что нас постараются прикончить раньше, чем мы дойдем до кормы, – объяснил Гуров, оглядываясь на Подушкина, который увлеченно дегустировал виски. – Думаю, план у них будет именно такой. Прикончат всех, но из разного оружия. То, из которого прикончат вас, вложат мне в руку, а потом представят дело так, будто пришлось пристрелить меня, как опасного террориста. Отдельные шероховатости сгладят высокие покровители. Таким образом разрешатся все неприятные вопросы. Что-то удастся спрятать, что-то просто замолчать…

– Ладно, я согласна, – тихо сказала девушка. – А куда нам плыть?

– Куда глаза глядят. Не знаю я куда. Понятно?

– Понятно, – вздохнула Маша и направилась в ванную.

Вернулась она через две минуты. Красивое платье было распорото по шву сверху донизу и слегка прихвачено импровизированным пояском.

– Я готова. Пошли, что ли?

– Пошли, – решительно произнес Гуров."

"Он передернул затвор и мотнул головой, призывая Подушкина расстаться с бутылкой. Тот мрачно засопел, хлопнул себя по коленям и встал.

– Черт с вами, пошли! – сказал он.