Копья и пулеметы

Вы ясно увидите из них, что дело становится все более серьезным вследствие своих разветвлений за границей и особенно потому, что все, здесь происходящее, по-видимому, только следствие или, скорее, плоды заграничных влияний…»

А через шесть лет грянул мятеж в Польше, подавленный с превеликим трудом – и уж там-то четко просматривались английские деньги и оружие… Не случайно в смертные приговоры некоторым декабристам вошло не только «имел умысел на цареубийство», но и «участвовал в умысле отторжения провинций от Империи…»

В Латинской Америке англичане действовали еще более открыто. Еще в 1806 г., при испанцах, они пытались захватить Буэнос-Айрес и Монтевидео, но местные жители, не склонные менять одно колониальное ярмо на другое, дали отпор, и англичане были вынуждены убраться восвояси. Отыгрались они, когда по всему континенту началась борьба против испанского владычества, и вот тут-то английский след просматривается со всей четкостью…

Хосе де Сан-Мартин, первый из повстанческих полководцев, прибыл из Англии, где числился в составе антииспанской организации «Общество Лаутро». Англичане не оставили его и за океаном: военным флотом новорожденной Республики Чили, основанной Сан-Мартином, совершенно открыто командовал английский адмирал лорд Кохрейн – не отставной, а действующий. Мне довелось по этому поводу читать крайне романтическую версию: пожилой лорд-адмирал, словно юный гардемарин, проникся национально-освободительной борьбой латиноамериканцев за свободу и вольности, уж так проникся, что взял долгий отпуск в Адмиралтействе (предоставили без скрипа) и отправился воевать за свободу. Да еще прихватил с собой британскую эскадру. Именно она перебросила войска Сан-Мартина в последний оплот испанцев на континенте – Вице-королевство Перу и помогла его отвоевать. Морячки Кохрейна тоже, должно быть, поголовно были романтиками.

Другой полководец повстанцев, Симон Боливар, уже после начала революционной войны ездил в Англию за финансированием. Англичане не поскупились – отвалили столько, что Боливар навербовал в Англии и Европе несколько тысяч наемников из людей с солидным боевым опытом и сформировал из них Британский легион, ставший его главной ударной силой.

Вот только потом дорожки Боливара и англичан разошлись. Боливар мечтал о создании государства Великая Колумбия, куда вошла бы бо́льшая часть освободившихся от испанского владычества стран. А вот британцев это категорически не устраивало – чем больше государств и чем они мельче, чем легче ими управлять…

Загадочным образом был убит генерал Сукре, один из ближайших сподвижников Боливара, немало сделавший для победы революции.