Копья и пулеметы

Однажды он оказался на узенькой тропинке между гугенотом и католиком, с которыми он уже имел дело и которые его узнали. Тут они объединились против него и повесили его на дереве».

С Великой Британией такого не произошло. Она и по сей день щеголяет, меняя маски, а то и в двух сразу. Последний самый яркий пример – когда несколько лет назад британцы потребовали от России «демократизировать» свою Конституцию – притом что у них самих конституции не было отроду и не предвидится…

В конце XVIII в. Великая Британия привечала у себя французских эмигрантов-роялистов, поддерживала деньгами и оружием их партизанские отряды. Но как раз в этом не было ничего из ряда вон выходящего – так поступали и другие европейские монархии, всерьез озабоченные борьбой с «революционной заразой». А вот когда настал новый век…

В Париже в 1803 г. едва ли не прямо под каретой ехавшего в театр Наполеона рванул мощный пороховой заряд. Пострадали телохранители конного эскорта и случайные прохожие, взрывной волной выбило немало окон, но сам Бонапарт не пострадал. Его спасла чистейшая случайность: опаздывая к началу представления, он велел кучеру гнать изо всех сил. Если бы карета ехала со своей обычной скоростью, взрыв грохнул бы прямо под ней…

Французская полиция быстро установила и сцапала исполнителей – итальянского радикала Орсини и его сообщников. Английский след тут просматривался невооруженным глазом: перед покушением вся теплая компания довольно долго прожила в Англии, такое количество пороха запросто в охотничьей лавке не купишь, да и организация столь серьезного дела требует серьезных денег, каких просто не могло оказаться у бедных, как церковные мыши, эмигрантов.

След оборвался в никуда. Орсини и его подельники упрямо твердили, что действовали исключительно по велению своей патриотической души и совершенно самостоятельно хотели отомстить Наполеону за все беды, что он принес своей агрессией против Италии. Лощеные английские джентльмены невозмутимо пожимали плечами и твердили: они не отвечают за иностранных эмигрантов, каких в Британии превеликое множество, и уж тем более за ними не следят – как-никак старейшая в Европе парламентская демократия, права человека и все такое прочее. Наполеон все понимал, но прямых улик не было…

Пожалуй, это первый в Европе террористический акт с применением взрывчатых веществ (случившийся в XVI в. взрыв дома Дарнлея не в счет – политики там не было ни на грош, одни семейные дрязги)."

"Была у британцев и другая нешуточная забота – громко и горестно стенать о горькой участи «угнетаемых европейскими тиранами народов». Они долго и увлеченно проливали слезы над страдающими под русским игом поляками.