Рецепт свадебного пудинга

Так близко друг к другу они стояли впервые, потому что Итон не только держал её за руку, но другой рукой ещё и обнял за талию, бережно притянув к себе почти вплотную. И раньше герцог казался Марине высоким, но оказалось. что он очень высокий. Она почти уткнулась ему лицом в грудь и, чтобы посмотреть в его глаза ей пришлось откинуть назад голову.

— А нам надо поговорить? — неуступчиво спросила она. — По-моему, вы выразились тогда в Рокингеме совершенно ясно: «Вон!» — и она попыталась вывернуться из его рук.

— Я был неправ, Мари, и очень об этом сожалею, — признался герцог, одновременно пресекая все её попытки освободиться. Наоборот, прижимая ей к себе ещё крепче.

— Пусти! — не выдержала Марина и резко освободилась из объятий мужа. — У меня на самом деле нет повода для разговора с вами. С тобой, — поправила себя Марина. — Я решила строить свою жизнь без вашего участия. Твоего, — опять поправилась она. — И всё было понятно до этого момента: у нас фиктивный брак и деловые отношения. Зачем, вы, ты, хочешь всё испортить?!

Марину тянуло к этому чёртовому мужчине, но умом она понимала, что нельзя прощать пренебрежение и унижение. Иначе всю жизнь будешь в роли половой тряпки. Она этого не хотела и точно не заслуживала. Нет, есть женщины, которые прощают мужьям всё и вся, лишь бы он был рядом, но Марина никогда себя к таким не относила и, честно говоря, не очень их понимала. Зачем так унижаться, ведь насильно мил не будешь? Изменил муж, прошла любовь — найди силы жить самостоятельно. Но она их никогда открыто и не судила: люди все разные. Неизвестно кто и как поступит в сложной ситуации. За себя она знала одно: измену не простит!

Но тут, в её теперешнем положении, вопрос был в другом: сама Марина — чужая этому телу душа, муж изначально предупредил бывшую хозяйку тела о фиктивном браке. Вопрос: кем считать себя Марине? Обманутой женой или новым элементом в этой ситуации. Этаким чистым листом. Если второе, то отношения с «мужем» надо начинать заново. Или, наоборот, рвать окончательно.

Она застыла в напряжённой позе, не желая показывать своей слабости. Герцог тоже молчал, ошеломлённый её резким выпадом. Но неожиданно он шагнул к ней и, подхватив на руки, уткнулся лицом ей в шею.

— Прости! — глухо пробормотал Итон. — Я совсем не знал тебя, не видел, не понимал, какого человека послала мне судьба. Прости!

Они застыли в этой нелепой позе, переживая одновременно отрицательные эмоции от неприятного разговора и тяжёлые волны чувственного наслаждения от близости своих тел. Это не могло продолжаться долго. Ногами, бёдрами Марина чувствовала мужское желание и не хотела провоцировать его на более решительные действия.