Эркюль Пуаро

Почему майор Портер сказал, что это Андерхей, если это не был Андерхей? Почему майор Портер застрелился? Мы снова там, где начинали.

– Вы – третий человек, произносящий эту фразу.

– Да? – удивилась она. – А что вы делаете теперь, мосье Пуаро?

– Разговариваю с людьми. Вот что я делаю. Просто разговариваю с людьми.

– И не спрашиваете их об убийстве?

Пуаро покачал головой.

– Нет, я только... как бы это сказать... собираю сплетни.

– И это помогает?"

"– Иногда – да. Вас удивило бы, как много я знаю о повседневной жизни в Вормсли Вейл за последние несколько недель. Я знаю, кто куда ходил гулять, кто кого встречал, а иногда – что они говорили. Например, я знаю, что этот Арден шел в деревню по тропе мимо усадьбы Фарроубанк и спросил мистера Роули Клоуда о дороге, что у него не было багажа, только рюкзак. Я знаю, что Розалин Клоуд перед тем провела больше часа на ферме с Роули Клоудом и что там чувствовала себя счастливой, а это так необычно для нее.

– Да, – подхватила Линн. – Роули говорил мне. Он сказал, что она была похожа на служанку, получившую выходной день.

– Ага, он так сказал? – Пуаро о чем-то задумался, затем продолжал: – Да, я знаю кучу историй о том, кто куда ходил. И я слышал кучу историй о людях, находящихся в затруднительном материальном положении. Например, о вас и о вашей матери.

– Это не секрет, – сказала Линн. – Мы все пытались выжать деньги из Розалин. Вы это имели в виду, да?

– Я этого не говорил.

– Но это правда! И я полагаю, вы слышали сплетни обо мне и Роули и Дэвиде.

– Но вы собираетесь выйти замуж за Роули Клоуда?

– Собираюсь ли? Если б я сама знала... Именно это я пыталась решить в тот день, когда Дэвид выбежал из лесу. Эта мысль была похожа на большой вопросительный знак в моем мозгу. Что мне делать? Что мне делать? Даже поезд в долине, казалось, задавал тот же вопрос. Даже облако паровозного дыма как будто нарочно для меня изогнулось точно вопросительный знак.

На лице Пуаро появилось странное выражение.

Неверно поняв его, Линн воскликнула:

– О, неужели вы не видите, мосье Пуаро, как все это трудно? Вопрос вовсе не в Дэвиде. Дело во мне! Я изменилась. Я была в отъезде три... почти четыре года. Теперь я вернулась, но вернулась другим человеком. И это общая трагедия. Люди возвращаются домой изменившимися, должны снова приспосабливаться к прежней жизни. Узнав иную жизнь, нельзя не измениться.

– Вы не правы, – сказал Пуаро. – Трагедия жизни состоит в том, что люди не меняются.

Она изумленно посмотрела на него, покачала головой. Он настаивал:

– Да, да. Это так. Почему вы уехали одной из первых?

– Почему? Я ушла в армию, пошла служить.

– Да, да. Но почему вы вступили в армию в числе первых? Вы были помолвлены. Вы любили Роули Клоуда. Ведь вы могли бы работать на ферме, здесь, в Вормсли Вейл?

– Могла бы, наверно.