Эркюль Пуаро

Скажите, никто не выходил через ваш тайный проход?

– Выходил принц Генри Сканденбергский со своим конюшим – он только вчера прибыл в Англию. Витамиан Эванс, член кабинета министров... Дьявольская работа – быть министром лейбористов, приходится проявлять крайнюю осторожность! Никто не возражает, когда министр-тори тратит деньги на разгульную жизнь, поскольку налогоплательщики думают, что он тратит свои собственные деньги. Но когда это делает лейборист, публика чувствует, что он тратит ее деньги! И так оно и есть, в каком-то смысле... Леди Беатриса Винер вышла последней: она послезавтра собирается выйти замуж за этого самоуверенного молодого герцога Леоминстерского. Не верю, чтобы кто-то из них был в этом замешан.

– И вы правы. Тем не менее наркотик был в клубе и кто-то вынес его оттуда.

– Кто же?

– Я, mon ami, – мягко ответил Пуаро.

Сыщик положил трубку, прервав бессвязные восклицания Джеппа, так как позвонили в дверь. Он пошел и открыл ее. Вплыла графиня Русакова.

– Если б мы не были, увы, слишком старыми, как бы это нас скомпрометировало! – воскликнула она. – Видите, я пришла, как вы велели мне в вашей записке. Мне кажется, за мною шел полицейский. Но он может остаться на улице... А теперь, друг мой, в чем дело?

Пуаро галантно взял у нее лисьи меха.

– Зачем вы положили эти изумруды в карман профессора Лискерда? – спросил он. – Ce n'est pas gentille, ce que vous avez fait là![64]

Графиня широко раскрыла глаза:

– Естественно, я хотела положить эти изумруды в ваш карман!

– О, в мой карман?

– Конечно. Я поспешно подошла к столику, где вы обычно сидите, но свет уже погас, и, наверное, я по ошибке опустила их в карман профессора.

– А почему вы хотели положить украденные изумруды в мой карман?

– Мне показалось – вы понимаете, мне надо было быстро сообразить, – что это самый лучший выход!

– Вера, вы меня уморите!

– Но, дорогой мой друг, подумайте сами! Появляются полицейские, свет гаснет – по нашей личной договоренности с теми клиентами, которых не должны застать врасплох, – и вдруг чья-то рука берет со стола мою сумочку. Я вырываю ее из этой руки, но чувствую сквозь бархат внутри что-то твердое. Сую в нее руку, на ощупь чувствую, что это драгоценности, и сразу же понимаю, кто их туда положил!

– О, понимаете?

– Конечно! Этот salaud![65] Этот змей, это чудовище, этот двуличный, вероломный, гад ползучий, сукин сын Поль Вареско!

– Тот, кто является вашим партнером в «Аду»?

– Да, да, именно он – хозяин этого клуба, это он вложил деньги. До сих пор я не выдавала его, я-то умею хранить тайну! Но теперь, когда он меня предал, когда он попытался скомпрометировать меня перед полицией, – о, теперь я его разоблачу, да, я все расскажу!

– Успокойтесь, – сказал Пуаро, – и пройдемте со мной в соседнюю комнату.

Он открыл дверь.