Эркюль Пуаро

Таинственный грек, богатый банкир, знаменитый детектив – как было бы естественно, если бы застрелили кого-то из них! Таинственные иностранцы могут быть замешаны в шпионаже, у богатых банкиров могут иметься родственники, выигрывавшие от их смерти, а знаменитые детективы могут представлять опасность для преступников.

– В то время как бедняга Морли не был опасен ни для кого, – мрачно вставил Джепп.

– Интересно...

Джепп резко повернулся к нему:

– Что еще у вас в рукаве?

– Ничего. Возможно, это пустяки.

Пуаро повторил Джеппу слова Морли о его памяти на лица и упоминание о пациенте, которого он не смог вспомнить.

На лице Джеппа отразилось сомнение.

– Может, тут что-то и есть. Но это немного притянуто за уши. Возможно, кто-то хотел скрыть свою личность. Вы не обратили внимания на других пациентов сегодня утром?

– Я обратил внимание в приемной на молодого человека, который выглядел как убийца, – ответил Пуаро.

– Что-что? – встрепенулся Джепп.

Пуаро улыбнулся:

– Mon cher, это было, когда я ожидал приема. Я нервничал, волновался – enfin, был в соответствующем настроении. Все казалось мне зловещим – приемная, пациенты, даже ковер на лестнице! В действительности, по-моему, у молодого человека просто очень болел зуб – вот и все.

– Я знаю, каково это, – сказал Джепп. – Тем не менее мы проверим вашего убийцу. Мы будем проверять каждого, пока не выясним, самоубийство это или нет. Думаю, сначала нужно еще раз побеседовать с мисс Морли. Я с ней только перекинулся несколькими словами. Конечно, для нее это был шок, но она из тех, которых нелегко сломить. Давайте повидаем ее.

IIIВысокая и мрачная Джорджина Морли слушала двоих мужчин и отвечала на их вопросы.

– Мне кажется совершенно невероятным, чтобы мой брат покончил с собой! – заявила она.

– Вы понимаете, мадемуазель, какой вывод мы можем сделать из ваших слов? – спросил Пуаро.

– Вы имеете в виду... убийство? – Она сделала паузу и медленно произнесла: – Это верно – убийство выглядит почти таким же невозможным, как самоубийство.

– Почти, но не совсем?

– Нет, потому что... Поймите, я говорю только о том, что знаю, – о настроении моего брата. Я знаю, что у него не было ничего такого на уме, и я уверена, что у него не было абсолютно никаких причин для самоубийства!

– Вы видели его сегодня утром – до того, как он приступил к работе?

– Да, за завтраком.

– И он выглядел как обычно? Не казался расстроенным?

– Скорее раздраженным.

– Чем?

– Генри ожидало напряженное утро, а его секретарше и ассистентке пришлось уехать.

– Мисс Невилл?

– Да.

– А какую работу она для него выполняла?

– Вела корреспонденцию и книгу приема, заполняла карты. Она также стерилизовала инструменты и готовила материал для пломб.

– Давно она у него работает?

– Три года.