Эркюль Пуаро

Дайте им задание показать вам картину случившегося в тот раз.

Фурнье удивленно посмотрел на него.

– Я не совсем вас понимаю, мосье Пуаро.

– Естественно, вы основываетесь лишь на увиденном. А ничто так не уводит от истины, как простое наблюдение.

Фурнье снова покачал головой и развел руками.

– Сдаюсь. Но все же никак не могу вас понять.

– Наш друг Жиро будет убеждать вас не придавать значения моим причудам. «Нужно действовать, – обычно заявляет он. – А сидеть в кресле и раздумывать – это занятие для стариков, уже отживших свой век». А я знаю, что молодая гончая иногда сходит со следа, ибо кто-то специально отвлекает ее от главного. Вот вам и намек на мои размышления.

Откинувшись в кресле, Пуаро закрыл глаза. Со стороны казалось, что он погрузился в раздумья. Но Пуаро просто спал.

Прибыв в Париж, они сразу же направились к дому №3 по улице Рю Жолье, на южном берегу Сены. Дом этот ничем не отличался от прочих. Пожилой швейцар открыл им дверь и поздоровался с Фурнье довольно угрюмо.

– Ну вот, опять у нас полиция! Одни только неприятности. О нашем доме пойдет дурная слава.

Продолжая ворчать, он ушел к себе в каморку.

– Поднимемся в контору Жизель, – сказал Фурнье, – она на втором этаже. Но, боюсь, ничего важного мы там уже не найдем.

Затем он снял печати, открыл двери, и они вошли. Контора мадам Жизель представляла собой небольшую комнату. В углу стояло нечто, напоминающее старомодный сейф. Там же находились письменный стол и несколько старых обитых материей стульев. Единственное окно заросло грязью. Видимо, оно никогда не открывалось. Фурнье огляделся и пожал плечами.

– Видите? – спросил он. – Ничего. Совсем ничего.

Пуаро обошел вокруг письменного стола, сел на стул и посмотрел на Фурнье. Затем осторожно провел рукой по крышке стола и тумбам.

– А вот здесь звонок, – сказал он.

– Это звонок к швейцару.

– О, это благоразумная предосторожность, – заметил Пуаро. – Клиенты мадам Жизель могли иногда не сдержаться.

Он открыл ящики стола. В них лежали бумага, календарь, карандаши и ручки, но не было никаких документов или личных бумаг.

Пуаро только бегло взглянул на все это.

– Не будем сейчас заниматься детальным обыском, друг мой. Будь здесь что-то важное, вы нашли бы это сами, я в этом уверен. – Он посмотрел на сейф. – А конструкция довольно примитивна.

– Да, старинный сейф, – согласился Фурнье.

– В нем ничего не обнаружено?

– Нет. Эта ретивая служанка все уничтожила.

– Ах, да, служанка. Облеченная доверием. Нужно с ней встретиться. В этой комнате, как вы и предполагали, нам ничего не удастся найти. А ведь это весьма показательно, как вы думаете?

– Что вы хотите этим сказать, мосье Пуаро?

– То, что здесь нет ничего личного. И я считаю это весьма интересным.

– Она вряд ли была сентиментальна, – сухо заметил Фурнье.