Эркюль Пуаро

Очень редко. Наш Боб – очень послушный пес.

– Нисколько не сомневаюсь. Но даже лучшие из собак...

– Вы правы, сэр. Раз-другой, бывало, он исчезал и появлялся часа в четыре утра. В таких случаях он садился на пороге у двери и лаял, пока ему не открывали.

– А кто его впускал? Мисс Лоусон?"

"– Кто слышал, тот и впускал. В последний раз его впустила мисс Лоусон. Это было как раз в ту ночь, когда хозяйка упала. Боб вернулся домой около пяти утра. Мисс Лоусон поторопилась открыть ему дверь, опасаясь, как бы он всех не перебудил. Особенно она боялась, что проснется хозяйка. Она ведь не сказала ей, что Боба нет дома.

– Значит, она считала, что мисс Аранделл лучше не говорить об этом?

– Да, сэр. Она сказала: «Боб обязательно вернется. Он всегда возвращается. А она будет зря волноваться, и ни к чему хорошему это не приведет». Мы и промолчали.

– А Боб любил мисс Лоусон?

– По-моему, сэр, он относился к ней с явным пренебрежением. С собаками такое случается. Она была к нему очень добра. Называла «славным песиком», «умницей», а он не обращал на нее никакого внимания и никогда не слушался.

– Понятно, – кивнул Пуаро.

И вдруг неожиданно для меня вынул из кармана то самое письмо, которое получил утром.

– Элен, – спросил он, – вам что-нибудь известно об этом?

Элен опешила, нижняя челюсть у нее отвисла, глаза округлились.

– Господи! – наконец выпалила она. – А мне-то и в голову не пришло!

Признание было невольным, а потом сразу стало ясно, что она имела к письму прямое отношение.

Придя в себя от изумления, она спросила, уставившись на Пуаро:

– Так вы и есть тот джентльмен, которому было адресовано это письмо?

– Да, я Эркюль Пуаро.

Как и большинство людей, Элен даже не удосужилась взглянуть на документ, дающий нам право на осмотр «Литтлгрин-хауса», который мы предъявили ей, когда пришли.

– Так, значит, вы – Эркюлес Пуарот? – сказала она на свой лад. – Господи, вот кухарка-то удивится!

– Тогда, если вы не возражаете, – не растерялся Пуаро, – давайте пойдем на кухню и вместе с вашей приятельницей поговорим обо всем по порядку.

– Пожалуйста, как вам угодно, сэр, – не очень уверенно согласилась Элен.

Ее смущало, что господа пойдут на кухню, да еще будут беседовать с ней и с кухаркой. Но деловой тон Пуаро убедил ее, что в этом нет ничего дурного. Мы отправились на кухню, где Элен растолковала суть дела рослой, приятной на вид женщине, которая как раз снимала с плиты чайник.

– Представляешь, Энни, вот джентльмен, которому предназначалось письмо, которое, помнишь, я нашла в бюваре?

– Не забывайте, что я не в курсе дела, – заметил Пуаро. – Не могли бы вы объяснить мне, почему письмо было отправлено с таким запозданием?

– Видите ли, сэр, честно говоря, я просто не знала, как мне поступить с ним. И Энни тоже.