Эркюль Пуаро

– Отлично, значит, договорились, – сказала мисс Ван Скайлер. – А теперь поищи мисс Бауэрс, дорогая. Мне пора пить эггног[71].

Корнелия вышла. Ее мать сказала:

– Моя дорогая Мари, я бесконечно тебе благодарна! Мне кажется, Корнелия ужасно страдает, что она такая несветская. Чувствует себя как бы ущербной. Мне бы ее повозить, показать мир, но ты знаешь наши дела после смерти Неда.

– Я очень рада, что беру ее, – сказала мисс Ван Скайлер. – Корнелия – девушка расторопная, поручения исполняет охотно и не эгоистка, как нынешняя молодежь.

Миссис Робсон поднялась и поцеловала богатую родственницу в морщинистую восковую щеку.

– Вечно буду тебе благодарна, – с чувством сказала она.

На лестнице ей встретилась высокая, ответственного вида женщина со стаканом желтого пенистого напитка.

– Итак, мисс Бауэрс, едете в Европу?

– Выходит, что да, миссис Робсон.

– Прекрасное путешествие!

– Да, похоже, приятная будет поездка.

– Вы ведь были прежде за границей?

– О да, миссис Робсон. Прошлой осенью я ездила с мисс Ван Скайлер в Париж.

– Надеюсь, – с запинкой выговорила миссис Робсон, – никаких неприятностей не случится.

Она договорила понизив голос; мисс Бауэрс, напротив, ответила обычным голосом:

– Нет-нет, миссис Робсон, за этим я прослежу. Я всегда начеку.

Однако облачко, набежавшее на лицо миссис Робсон, так и оставалось на нем, пока она спускалась по лестнице.

XУ себя в конторе в центре города мистер Эндрю Пеннингтон разбирал личную корреспонденцию. Вдруг его сжавшийся кулак с грохотом обрушился на стол; лицо налилось кровью, на лбу набухли жилы. Он надавил кнопку звонка, и с похвальной быстротой явилась элегантная секретарша.

– Скажите мистеру Рокфорду, чтобы пришел.

– Слушаюсь, мистер Пеннингтон."

"Через несколько минут в комнату вошел его компаньон, Стерндейл Рокфорд. Компаньоны были одной породы: оба высокие, плотные, седоголовые и чисто выбритые.

– В чем дело, Пеннингтон?

Пеннингтон поднял глаза от письма.

– Линнет вышла замуж, – сказал он.

– Что?!

– То, что слышишь: Линнет Риджвей вышла замуж.

– Каким образом? Когда? Почему мы не знали?

Пеннингтон взглянул на настольный календарь.

– Когда она писала письмо, она не была замужем. Но теперь она замужем. С четвертого числа. А это – сегодня.

Рокфорд присвистнул и упал в кресло.

– Не предупредив? Так сразу? Кто он хоть такой?

Пеннингтон заглянул в письмо:

– Дойл. Саймон Дойл.

– Что он собой представляет? Ты когда-нибудь слышал о нем?

– Никогда. И она не особо пишет. – Он пробежал страницу, исписанную четким, прямым почерком. – Сдается мне, тут нечисто... Только это уже не важно. Главное, она замужем.

Они обменялись взглядами. Рокфорд кивнул.

– Надо кое-что обдумать, – ровным голосом сказал он.

– Что мы собираемся предпринять?

– Об этом я тебя и спрашиваю.