Эркюль Пуаро

О господи, звонок. Кто же?

Она выбежала из комнаты. В холле послышались голоса. Снова появилась мисс Лоусон. Она шла на цыпочках и осторожно прикрыла за собой дверь.

– О, дорогая моя Белла, – с жаром зашептала она, старательно выделяя каждое слово, – это ваш муж! Я не уверена, что должна впу...

Миссис Таниос одним прыжком очутилась у двери в другом конце комнаты. Мисс Лоусон энергично закивала головой.

– Правильно, родная, я проведу его сюда, а вы тем временем незаметно уйдете.

– Не говорите ему, что я здесь, – прошептала миссис Таниос. – Не говорите, что видели меня."

"– Нет-нет, конечно нет.

Миссис Таниос выскользнула за дверь. Мы с Пуаро поспешно последовали за ней. И очутились в небольшой столовой.

Пуаро подошел к двери, ведущей в холл, чуть приоткрыл ее и прислушался. Затем он помахал нам рукой.

– Путь расчищен. Мисс Лоусон провела его в гостиную.

Мы осторожно миновали холл и очутились у входной двери. Пуаро беззвучно открыл ее и потом так же беззвучно затворил.

Миссис Таниос помчалась по лестнице, спотыкаясь и хватаясь за перила. Пуаро поддерживал ее под руку.

– Du calme, du calme[59]. Все в порядке.

Мы добрались до вестибюля.

– Не оставляйте меня, – жалобно попросила миссис Таниос. У нее был такой вид, будто она вот-вот упадет в обморок.

– Ни в коем случае, – успокоил ее Пуаро.

Мы перешли на другую сторону улицы, завернули за угол и очутились на Квинз-роуд. «Веллингтон» оказался маленькой, неприметной гостиничкой, больше похожей на пансион.

Как только мы вошли, миссис Таниос рухнула на плюшевый диван. Руку она прижимала к сердцу, готовому вырваться у нее из груди.

Пуаро успокаивающе погладил ее по плечу.

– Еле-еле успели, да. А теперь, мадам, выслушайте меня внимательно.

– Больше я ничего не могу сказать вам, мосье Пуаро. Это было бы не по правилам. Вы... Вы знаете мое мнение... знаете, что я совершенно уверена. Разве этого недостаточно?

– И все же я прошу вас выслушать меня, мадам. Предположим – а это всего лишь предположение, и только, – что мне уже известны все факты свершившегося. Предположим, я уже знаю то, о чем вы можете мне рассказать, – ведь это несколько меняет ситуацию, вы согласны?

Она взглянула на него с недоверием. В глазах ее была мука и страшное напряжение.

– О, поверьте мне, мадам, я не пытаюсь загнать вас в ловушку, чтобы выудить то, что вы не хотите говорить. Но ведь это действительно несколько меняет ситуацию, разве не так?

– Наверное.

– Хорошо. Тогда позвольте мне сказать вот что. Я, Эркюль Пуаро, знаю правду. Я не прошу вас принять мои слова на веру. Возьмите вот это. – Он сунул ей в руки толстый конверт, который, как я помнил, заклеивал утром. – Здесь факты. После того как вы с ними ознакомитесь и если они покажутся вам убедительными, позвоните мне. Мой номер на почтовой бумаге.