Эркюль Пуаро

Мне, наверное, не нужно предупреждать вас, что если она начнет рассказывать вам душераздирающие истории о том, как ее запугивают и преследуют, не нужно обращать на них внимание. К сожалению, таково проявление ее болезни.

– Очень жаль, – с участием повторил Пуаро.

– Да. Хотя медикам известно, что это признаки известного психиатрического заболевания, невозможно преодолеть обиду, когда близкий и дорогой тебе человек отворачивается от тебя, а любовь его превращается в ненависть.

– Примите мое искреннее сочувствие, – сказал Пуаро, пожимая руку своему гостю. – Да, кстати, – сказал Пуаро, когда Таниос уже был возле двери.

– Да?

– Вы когда-нибудь выписывали своей жене хлорал?

Таниос явно вздрогнул.

– Я... Нет... А может, и выписывал. Но последнее время нет. Она, по-моему, стала испытывать отвращение ко всем снотворным.

– А может, потому, что перестала вам доверять?

– Мосье Пуаро!

Таниос в сердцах развернулся и сделал шаг вперед."

"– Это ведь тоже можно объяснить ее болезнью, – мягко заметил Пуаро.

Таниос остановился.

– Да-да, конечно.

– Она может крайне подозрительно относиться ко всему, что вы ей предлагаете съесть или выпить. Возможно, боится, что вы ее отравите.

– Боже мой, мосье Пуаро, вы совершенно правы. Значит, вам известны подобные случаи?

– По роду своей деятельности я, естественно, время от времени сталкиваюсь с подобными вещами. Но не смею вас задерживать. Возможно, она ждет вас в отеле.

– Верно. Надеюсь. Я крайне обеспокоен. – И он поспешно вышел из комнаты.

Пуаро быстро схватил трубку. Он перелистал страницы телефонного справочника и заказал номер.

– Алло! Алло! «Дарем-отель»? Будьте любезны сказать, у себя ли миссис Таниос? Что? ТА-НИ-ОС. Да, правильно. Да? Понятно.

Он положил трубку.

– Миссис Таниос рано утром вышла из отеля. Она вернулась в одиннадцать, не выходя из такси, подождала, пока вынесут ее багаж, и уехала.

– А доктор Таниос знает, что она забрала багаж?

– Наверное, нет.

– И куда она уехала?

– Трудно сказать.

– Вы думаете, она вернется?

– Возможно. Не могу сказать.

– Быть может, напишет?

– Может быть.

– Что нам делать?

Пуаро покачал головой. Он выглядел расстроенным.

– В данный момент ничего. Давайте побыстрее пообедаем и отправимся к Терезе Аранделл.

– Вы верите, что на лестнице была она?

– Не могу сказать. В одном я уверен – мисс Лоусон не видела ее лица. Она видела высокую женщину в темном халате – вот и все.

– А брошь?

– Мой дорогой друг, брошь – ненадежная примета. Ее можно отстегнуть. Или потерять – одолжить – и украсть, наконец.

– Другими словами, вам не хочется верить в виновность Терезы Аранделл.

– Мне хочется ее выслушать, это уж точно.

– А если миссис Таниос вернется?

– Я постараюсь ее не упустить.

Джордж принес омлет.