Эркюль Пуаро

О да, я могу поклясться, что это была Тереза, и не отступлюсь от своих слов, если это будет необходимо.

В ее словах была такая решительность и твердость, каких мы еще ни разу за ней не замечали.

Пуаро смотрел на нее, и снова в его взгляде было что-то необычное. Какая-то отчужденность, сомнение, и вместе с тем было ясно, что он пришел к некоему выводу.

– Значит, вы готовы поклясться, да? – спросил он.

– Если... Если в том есть необходимость. Но разве в этом есть необходимость?

Снова Пуаро окинул ее оценивающим взглядом.

– Это будет зависеть от результатов эксгумации, – сказал он.

– Экс... Эксгумации?

Пуаро пришлось поддержать мисс Лоусон под руку, ибо она пришла в такое волнение, что чуть не скатилась с лестницы.

– О господи, как это неприятно! Но я не сомневаюсь, что родственники решительно этому воспротивятся.

– Возможно.

– Я совершенно уверена, что они не захотят даже слышать об этом.

– Да, но может прийти приказ из Скотленд-Ярда.

– Но почему, мосье Пуаро, почему? Не то, что... Не то, что...

– Не то что, мадемуазель?

– Неужто случилось нечто плохое?

– А вы полагаете, что нет?

– Конечно нет. И не могло. Я хочу сказать, что доктор, и сиделка, и всё прочее...

– Не расстраивайтесь, – пытался успокоить ее Пуаро.

– Но я не могу не расстраиваться. Бедная мисс Аранделл! Но Терезы даже не было здесь в доме, когда она умерла.

– Да, Тереза уехала в понедельник, за неделю до того, как мисс Аранделл заболела, не так ли?

– Рано утром. Поэтому, как вы понимаете, она не могла иметь никакого отношения к смерти мисс Аранделл.

– Будем надеяться, что нет, – отозвался Пуаро.

– О господи! – Мисс Лоусон стиснула руки. – Страх-то какой! Никогда не испытывала ничего подобного! Ей-богу, у меня просто голова идет кругом!

Пуаро посмотрел на часы.

– Нам пора. Мы возвращаемся в Лондон. А вы, мадемуазель, еще некоторое время побудете здесь?

– Нет... Нет. Я еще не решила. Я тоже сегодня вернусь в город. Я приехала всего лишь на ночь... Привести вещи в порядок.

– Понятно. Всего хорошего, мадемуазель, и простите, если я чем-нибудь вас огорчил."

"– О, мистер Пуаро! Огорчили меня? Да я чувствую себя совершенно разбитой! О господи! Сколько зла в этом мире! Сколько зла!

Твердо взяв ее за руку, Пуаро прервал ее сетования:

– Вы совершенно правы. Так? Вы по-прежнему готовы поклясться, что видели на лестнице Терезу Аранделл в ночь на пасхальный понедельник, когда были закрыты все банки?

– О да, я готова поклясться.

– И что видели ореол вокруг головы мисс Аранделл во время сеанса – тоже?

У мисс Лоусон отвисла челюсть.

– О, мосье Пуаро, не надо шутить над такими вещами.

– Я не шучу. Я настроен абсолютно серьезно.

– Это было не совсем сияние, – с достоинством объяснила мисс Лоусон. – Это было скорее похоже на начало материализации.