Эркюль Пуаро

Вы, по-моему, ухаживали за мисс Аранделл? Она, мне думается, тоже была не ангел.

– Не знаю, не знаю. Она была дамой с норовом, но я с ней хорошо ладила. Правда, пробыла я у нее недолго. На четвертый день она умерла.

– Я только вчера разговаривал с ее племянницей, мисс Терезой Аранделл.

– Правда? Подумать только, как тесен мир!

– Значит, вы ее знаете?

– Ну конечно, она приезжала после смерти своей тетушки и потом присутствовала на похоронах. И еще я видела ее мельком, когда она приезжала в дом. Очень интересная девица.

– Да, в самом деле, только слишком уж худенькая, чересчур худенькая.

Сестра Каррузерс, вспомнив о собственных округлостях, гордо повела плечом.

– Да, конечно, – сказала она, – худышкой тоже быть ни к чему.

– Бедняжка, – продолжал Пуаро, – мне ее просто жаль. Entre nous[44], – он доверительно подался вперед, – завещание тетушки было для нее большим ударом.

– Наверное, – согласилась сестра Каррузерс. – Вокруг него было столько разговоров.

– Не могу понять, что заставило мисс Аранделл лишить наследства всю свою семью. Это просто чрезвычайное происшествие.

– Событие из ряда вон выходящее, я с вами согласна. Поговаривают, конечно, что дело тут нечистое.

– Как вы думаете, почему мисс Аранделл так поступила? Она ничего такого не говорила?

– Нет. Мне – ничего.

– А другим?

– Мне кажется, она говорила что-то мисс Лоусон, я случайно слышала, как мисс Лоусон на какой-то ее вопрос ответила: «Хорошо, дорогая, но сейчас оно находится у адвоката». А мисс Аранделл возразила: «Да что вы, оно в ящике бюро». Мисс Лоусон сказала: «Нет, вы отправили его мистеру Первису, разве вы не помните?» И затем у больной опять началась рвота, и, пока я ухаживала за мисс Аранделл, мисс Лоусон вышла, я часто потом думала, не о завещании ли шла речь?

– Вполне возможно.

– Если так, – продолжала сестра Каррузерс, – то, наверно, мисс Аранделл хотела что-то в нем переделать, вот и спрашивала, где оно. Она была слишком больна, бедняжка, чтобы помнить, где что находится.

– А мисс Лоусон помогала вам ухаживать за ней? – спросил Пуаро.

– Нет, что вы! У нее не было для таких вещей никакого навыка. Только без толку суетилась. Чем лишь раздражала больную.

– Значит, только вы ухаживали за ней? C'est formidable ça[45].

– Мне помогала служанка – как ее зовут? – Элен. Вот это действительно помощница. Она не боялась подойти к больной и вообще привыкла присматривать за старой леди. Мы с Элен очень ладили. По правде говоря, доктор Грейнджер прислал нам в пятницу ночную сиделку, но мисс Аранделл скончалась еще до ее прибытия.

– Быть может, мисс Лоусон помогала готовить еду для больной?

– Нет, она вообще ничего не делала. Да, собственно, и готовить-то было нечего.