Птицеед

Было глупо спрашивать у Болохова «ты уверен»? Он не ошибается.

За всю свою жизнь я был знаком лишь с одним таким носителем магии.

— Перламутровые колдуны большая редкость. Сколько таких в Айурэ?

Капитан, наш великий всезнайка, задумчиво протянул:

— Один служит лорду-командующему и еще… несколько — Домам. Но сейчас армейские корпуса Грачей и Журавлей в Иле. Возможно, в каком-то из них был такой маг.

Экая недосказанность. Капитан вежливо умалчивает, что армейские корпуса этих Домов попали в переплёт, когда ломали ульи, не добились своего и теперь, разодранные в хлам, отступают, сами не знают куда, надеясь добраться до Шельфа.

Я устало потер глаза, в которых словно песка насыпали:

— Возможно. Хотя и очень сомнительно. И?.. Нам какой толк от этого? Мы же всегда сами по себе.

— Антон говорит, что там растеклась кровь и надо подтвердить возможную смерть мага.

Я не хотел никуда ехать:

— Колдун Перламутровой ветви погиб? Серьезно, Капитан? Это только если на него одновременно напала стая жеребят. А еще толпа мечтателей. И кто-нибудь из мозготрясов. А мы слишком близко к границе, здесь такие твари в подобном количестве не водятся. Не мне тебе рассказывать.

— Надо подтвердить, Медуница, — он был любезно-настойчив. Грубо говоря, на нашего Капитана как залезешь, так и слезешь.

Я пощелкал языком, посмотрел на всех них с плохо скрытым раздражением. Право, нет худшего человека на свете, чем я, когда не высыпаюсь. В Иле мы давно, и за время путешествия сна у меня было катастрофически мало. Приходилось приглядывать за безопасностью отряда (с переменным успехом).

— Я, признаюсь, плохо соображаю, Капитан. Но понимаю, что если что-то убило колдуна, то это что-то может прихлопнуть и нас. Это первое. Второе же, куда более существенно — Болохов не может использовать свои способности, если отряд наших разведчиков прижмут. Мы только что насытили цветок кровью того бедолаги, если потратим эту силу, то второй раз зарядить его не получится, даже если прибить Колченогого. Мы тут застрянем неясно на какой срок. Со всеми вытекающими последствиями.

— Не надо прописных истин, — с пренебрежением попросил росс.

Голова мягко кашлянул в кулак:

— Перламутровая ветвь — это всегда государственные служащие. Первая категория в табеле полезных людей города. Они как ведущие учёные, генералы…

Я вздохнул, понимая, куда он клонит:

— Да-да. Ты на службе у лорда-командующего и не можешь проигнорировать такие новости. Особенно, если кто-то из подобных людей попал в беду в Иле. По возвращению в город тебе придется доложить и, если мы откажемся помочь, у нас будут неприятности.

Голова немного виновато развел руками. Мол, простите, но здесь я не властен над законом.