Хроники Заводной Птицы

Но на днях из-за какой-то ерунды вдруг – раз! – и вспомнила. Как будто ветер подул, дверь – бах! – и открылась. Вот так, Заводная Птица! По-настоящему тебя зовут Тору Окада.

Сначала, наверное, надо бы объяснить, где я сейчас нахожусь и чем занимаюсь, но это не так просто. Не буду жаловаться, что влипла, и положение у меня очень трудное. Нет, все вроде просто и понятно. В здешних порядках ничего мудреного нет. Вот линейка, вот карандаш. Сиди и черти линии от точки до точки. Просто, правда? Но! Хочу рассказать все по порядку, а слов нет почему-то. В мозгах какое-то белое пятно образовалось. Белое, как заяц зимой. Простая вещь, а иногда, получается, никак не объяснишь, что к чему. Сколько бумаги извела с этим письмом и вдруг вспомнила имя. Прямо как Колумб – Америку открыла.

Нехорошо, конечно, загадки загадывать, но живу я в „некотором царстве“. Помнишь? Давным-давно, в некотором царстве, некотором государстве… В общем, в том самом „некотором царстве“. Пишу в крошечной комнатушке. В ней стол, кровать, книжная полка и стенной шкаф. Все такое маленькое, простое, без всяких украшений. Предназначено, так сказать, для удовлетворения „минимально необходимых потребностей“. На столе лампа дневного света, чашка, бумага, на которой я пишу, словарь. Честно говоря, словарями я почти никогда не пользуюсь. Не люблю я эти словари. Вид мне их не нравится, да и содержание тоже. Когда приходится брать их в руки, скривлюсь и думаю: „Ну кому это все нужно?“ Люди вроде меня со словарями не в ладу. Возьмем, к примеру, слово „трансформация“. В словаре написано: „переход из одного состояния в другое“. И что с того? Я про это знать ничего не знаю. Поэтому, когда вижу на столе словарь, у меня чувство, что я смотрю на собаку, которая как-то пролезла к нам в сад и вздумала оправляться на лужайке. Но один словарь я все-таки купила – подумала: сяду тебе, Заводная Птица, писать, попадется какой-нибудь иероглиф незнакомый – что тогда делать?"

"Еще у меня лежит в рядок дюжина остро отточенных карандашей. Новеньких, только что купила. Специально, чтобы тебе письмо написать, пошла в магазин канцтоваров и купила. Ты мне за это не обязан, не бойся, просто приятно, когда карандаши новые, только что очиненные. Еще пепельница, сигареты и спички. Много, как раньше, я не курю. Так, иногда, для смены настроения (сейчас вот закурила). Это то, что у меня на столе. Стол стоит у окна, на нем занавески, симпатичные такие, в цветочек, хотя мне без разницы. Я же их не выбирала, они с самого начала тут висели. Не считая этих шторок – простенькая комнатенка. Больше похожа не на комнату, где девушка живет, а на образцовую тюремную камеру, которую из лучших побуждений оборудовали для того, кто первый раз угодил за решетку.