Гордая птичка Воробышек

Тем более, что работа над рефератом: ""Развитие философской мысли в древней Индии"", благодаря уединенным дням в квартире Ильи и его конспектам, заметно продвинулась от начала к середине и даже грозит успешно оформиться в достойный прилежной студентки труд. А Люков... Ну, что Люков? Надеюсь, как-то потерпит мое присутствие рядом с собой до утра, а утром я уйду. Возможно, он даже не проснется.

В конце концов, сам виноват!

Я открываю ноутбук и разбираю три этапа развития индуизма. Погружаюсь в закон Рита, философские понятия, жертвенные ритуалы и космический мир Богов... А после, далеко за полночь, я краду у учебы время для себя...

""Послушник тьмы""

пьеса

(отрывок)

Трактирщик

(растерянно)

""- Престола? Надо же, не ожидал такого. Чтоб сам наследник руку приложил? Воздав по совести слуге - исчадью ада?.. (разводя руками) Ну, если так, то подлинной наградой есть проявленье милости его.

Гость

(словно очнувшись)

- Не обессудь, трактирщик, спьяну о большем говорить не стану. Всему виной вино твоё - хмель с языка берёт своё.

Мужчины продолжают трапезу - пьют вино, беседуют, когда вдалеке на дороге показывается одинокая сгорбленная фигура бродяги, с клюкой в руке. Он медленно приближается к трактиру, намереваясь обойти его стороной.

Трактирщик

(при виде странника спускаясь со ступеней крыльца)

- Куда бредешь? Эй! Добрый человек!.. Остановись! Прими из рук моих краюху хлеба. Так жалок ты...Прошу тебя, отведай, бокал вина от влажных губ моих. Здесь тракт кончается, конец пути на юг. Распутье мира... Чаша океана все поглотила, и тебе, мой друг, придется начинать свой путь сначала.

Так раздели со мною стол и кров, умой лицо, передохни с дороги. Я с радостью возьму твои тревоги, коль ты поведать о себе готов. Готов сказать, кто ты: далёкий странник? Святой великомученик? Изгнанник? Или скиталец проклятых дорог, что каратает век за пешим ходом? Я многого хочу, ответь?

Бродяга останавливается и поднимает лицо. Промелькнувшее в его глазах удивление при появлении трактирщика и обращенных к нему словах, вдруг сменяется усталостью. Он порывается сделать шаг, но заметив в руке мужчины бокал с вином, беспомощно вздыхает.

Бродяга

- Да. Много. Цена твоя безмерна за вино, ведь любопытство - грех. Оно, подобно смерти для меня, как жалость... Ничтожных чувств обитель. Полно! Мне осталось, похоже, расплатиться за него своим рассказом. Что ж, пусть так."

"(Бродяга берет из рук трактирщика вино и долго с жадностью пьет. Отирает губы рукавом изношенного плаща)

Устал идти. Распутье. Пыльный тракт остался позади, присяду. Вот тот валун покажется наградой истерзанному телу моему. Душе моей, что сумраку подобна, дарована мне дьяволом была. Ему служил я верно. Мгла, как сопло ада, поглотила разум.