Гордая птичка Воробышек

- Столько похожих проявлений щедрости до нее, но только с воробышком я чувствую себя последним гадом.

- Надо! Поймай такси. Я приду к тебе, позже.

Она кивает, слишком послушно и обреченно:

- Хорошо. - Согнутая дужка очков и треснувшее в окуляре стекло заставляют мои кулаки сжаться, но едва ли птичка замечает это. - А как же ты? - шагнув к двери, вдруг загорается страхом, споткнувшись взглядом о скрюченную фигуру ублюдка. - Он... Он... - силится сказать перехваченным в панике горлом, но только беспомощно хватает воздух ртом.

Ч-черт! Прости, девочка, но мне не отложить разговор. Не уйти с тобой, не поставив точку. Зверь внутри меня вскидывает от земли морду и довольно оскаливается, заметив шевеление Ящера: после Алима я не питал его кровью.

- Не думай, Воробышек. Разберемся.

- Женька! Я же тебя люблю, дура! Я прощу, слышишь!.. Только попробуй ее отпустить, ёбарь, и я тебя убью, клянусь!

И столько ужаса в глазах девчонки в ответ на признание бритоголового, что сердце сжимается стальным ободом. Совсем как тогда, когда искрой вспыхнувший в ее глазах страх заставил меня сказать ""Все будет хорошо, воробышек. Никто не сможет заставить тебя любить себя против твоей воли, что бы ни сказал Донг"". А ей ответить с надеждой ""Правда?"".

Никто, воробышек, даже я. Верь мне.

- Девчонка уйдет. А мы с тобой поговорим, Грег. Разберемся между собой, чья птичка. Тем более, что Грег Ящерица, помнится, давно искал встречи со мной, так чем не повод?..

Ну вот, наконец-то, узнавание в распахнутых глазах и уже ничем не прикрытое изумление, и страх, так заводящий рычащего зверя.

- Уходи, Женя. Сейчас же!

***

- Люк?! - он смотрит на меня во все глаза, в последней надежде цепляясь за неверие. Впившись пятерней в стену, пошатываясь, поднимается на ноги. Здоровый увалень, сытый, с тяжелым подбородком и тугими раздутыми мускулами под дорогой курткой, которыми так легко напугать птичку.

- Он самый.

- Но... ты и Женька?"

"Это не его собачье дело, абсолютно. Отследив стихшие шаги воробышка, выпорхнувшего из подъезда, я захлопываю входную дверь в квартиру, подхожу вплотную к незваному гостю и показываю свое отношение к его вопросу коротким, резким ударом в живот. Отдернув кулак и проведя ладонью по обмотанным платком костяшкам, так и не дав Ящеру разогнуться, бью сбоку в челюсть, обрушивая бесполезную груду мышц на пол.

- Я и Женька, - сцеживаю сквозь зубы. - И никаких ""но"".

- С-сука! - Ящер переваливается на колени, хватая ртом воздух. Цепляясь за стену, порывается встать... Связка глухих ударов обрывается громким стоном на полу.

Определенно, моему зверю нравится подобная игра. Сегодня она как никогда эмоциональна.

- Я люблю ее. Она моя! - когда к Грегу возвращается дыхание.