Птичка в академии, или Магистры тоже плачут 2

В течение ближайшего часа эль Рамер должен отсутствовать в зале.

— Письмо от его величества подойдет?

— Вполне. Пусть ждет приглашения в кабинете секретаря. — Я удивленно вздернула брови, и Рошэль пояснила: — Потом слуга перед профессором извинится и скажет, что его величество плохо себя чувствует и не сможет его сегодня принять.

— Но ведь в это время король будет на балу, — недоумевала я.

— Нет, к этому времени он уже вернется в покои. Не переживай.

Да уж. Вроде мелкая интрига, а сколько еще таких «мелочей» в рукаве у Рошэль?

Но эти мысли заботили меня недолго. К эль Рамеру подошел слуга и передал письмо с королевским гербом, а после того, как профессор вышел из зала, туда направились мы. Мне предстояло встретиться с четой эль Гернор и убедиться в нашей правоте насчет Марайи. Или не убедиться. В любом случае факт отравления короля налицо и эль Гернор в этом замешан.

Еще на подходе я поняла, что мы были правы. Как я уже успела понять, чем сильнее древний магически, тем проще его почувствовать. Марайя оказалась очень сильной. Не удивлюсь, если она у Патриарха дочь номер один."

"Когда эта женщина на меня посмотрела, у меня затряслись поджилки, показалось, что она видит мою сущность феникса и сейчас разоблачит.

И все же мне лишь показалось. Новый амулет действовал как надо.

— Рошэль, рада тебя видеть, — пропела она, улыбнувшись так, будто прямо сейчас собиралась со смаком и удовольствием откусить фаворитке короля голову. — Ты сегодня необычайно хороша, хотя, как и всегда, неправильно подобрала украшения. Тебе не идут топазы.

— О, ты тоже сегодня великолепна, Марайя. Мне их подарил король, а все считают, что у него безупречный вкус, — одарила ее не менее кровожадной улыбкой Рошэль.

А я подумала, что очень рада, что одна из этих дворцовых акул на моей стороне.

— Да, у короля вкус безупречный, но каждому украшению подходит своя хозяйка.

— О да! — Рошэль широко улыбнулась и провела рукой по шикарному колье. — Как сказал его величество, топазы очень идут к моим глазам.

Казалось, я услышала, как зубы Марайи скрипнули. Взаимная «любовь» этих женщин была настолько осязаемой, что показалось, будто я стою рядом с шаровой молнией. И предугадать, в кого она полетит в следующее мгновение, невозможно. А потому очень хотелось отойти от обеих подальше.

Стараясь немного отвлечься от этого ощущения, я посмотрела на придворного мага. На фоне жены он был каким-то серым и невзрачным. Невысокий рост, длинный нос с горбинкой, поджатые губы и выражение высокомерной брезгливости на лице — вот его краткий портрет. Неприятный мужчина. И в этот момент я в который раз порадовалась, что судьба в лице Марселя отправила меня не во дворец, а в мою любимую и уже такую желанную академию.