Птичка для сталкера

– Ты трогала себя после меня, Надина? - пошло шепчет в ухо, оглаживая мои бёдра через брюки, чуть надавливая большими пальцами на ягодицы.

– Нет…

Мой голос звучит странно, так, будто я слышу его издалека. Немного хриплый, с нотками, которых я сама ранее не замечала.

– Молодец. Оставь это для меня, - прикусывает мочку уха. - Но ведь хотела? Признайся.

Хотела. Сама не знаю, как стерпела. И главное, зачем…

Моим признанием будет молчание, он и так поймёт.

Внезапно для себя я понимаю, что не хочу пассивно принимать его ласки. Тоже хочу его попробовать.

Разворачиваюсь и решительно тянусь ладонями вперёд. Хочется стащить повязку и посмотреть Назару в лицо, но ведь он не позволит. Или хотя бы так - прикоснуться.

Нахожу его лицо и мягко скольжу пальцами по скулам, цепляю маску и стаскиваю вниз. Сталкер замирает, но не отталкивает мои руки. Касаюсь щёк, губ, лёгкой щетины на подбородке, слышу, как он сглатывает в ответ. И тогда я, набравшись смелости, встаю на носочки, подаюсь вперёд и прикасаюсь своими губами к его.

Наверное, для него это неожиданно, потому что в первые секунды он мне не отвечает. Но потом, будто встрепенувшись, обхватывает мою талию крепкой рукой и прижимает к себе, погружает пальцы в волосы, сжимая их на затылке, берёт ведущую роль в поцелуе, заставляя провалиться в него без остатка.

И в поцелуй, и в сталкера…

Где-то очень глубоко всё ещё пульсирует мысль, что я творю что-то ненормальное, но я глушу её, закрываю ширмой и отпускаю последние сомнения.

Назар подхватывает меня под бёдра и несёт к кровати, продолжая целовать. Мягко опускает на постель, нависая сверху. Я чувствую его запах, жар его тела, гладкость обнажённой кожи под пальцами.

Безумно хочу видеть, но, как уже, решила, пусть он ведёт и он решает, когда быть этому.

Он снова принимается ласкать мою грудь, теперь уже ртом. Оттягивает губами то один сосок, то второй, облизывает, дразнит языком, будоражит, аккуратно прикусывая зубами.

Назар стаскивает с меня штаны и бельё, а у меня дух захватывает и в груди тяжелеет от понимания, что я перед ним полностью обнажена. Спасает лишь то, что глаза мои закрыты, это будто позволяет спрятаться, отстраниться.

Его руки начинают ласкать меня, и я, закусив губы, расслабляю бёдра, позволяя гладить меня. Я влажная и возбуждённая, и его пальцы снова легко скользят внутри меня.

Бедром я чувствую его эрекцию, это волнует и пугает одновременно.

Мы уже были вместе. Он был моим первым. Единственным. Но почему-то сейчас я всё равно ощущаю себя так, будто всё будет в первый раз. Ладно сознание, но почему тело не помнит? Почему всё внутри дрожит от невероятного волнения?

– Шире, Надя, - приказывает низким голосом, наваливаясь на меня и подталкивая чуть вверх моё правое колено.