Птичка для сталкера

Вижу, как Артур немного прихрамывает на левую ногу и садится на стул с осторожностью, без резких движений, и даже злорадствую.

Мы приступаем к ужину. Точнее, есть начинают папа и Артур, а мне кусок в горло не лезет. Особенно, когда они начинают обсуждать мой будущий альбом, в котором меня многое не устраивает. Артур расписывает папе, как прекрасна его стратегия и вообще, какой он, как менеджер, молодец. Вот как так можно о самом себе? И папа, человек далеко не глупый, управляющий крупным бизнесом, как заворожённый слушает его и соглашается.

Папа любит меня, поэтому Артур находит правильные точки. И делает это так мастерски, что даже острый на ложь и лесть нюх моего отца замыливается.

– Надина не просто талантливая исполнительница, она воспитанная и замечательная девушка, - льёт сироп в уши мой менеджер. - Вот же повезёт её избраннику. Наверное, будет логично, если она выберет кого-то из нашей, творческой среды.

Внутри всё натягивается струной. Ещё не хватало, чтобы этот мудак подкатил к папе с этой стороны.

– Засмущали, - натянуто улыбаюсь, а самой хочется воткнуть Артуру в глаз нож для паштета. - Выйду на воздух, а то душно что-то.

Папа кивает, и я на деревянных ногах иду через гостиную на балкон. Свежий воздух врывается в лёгкие, и мне даже больно где-то в груди, настолько, оказывается, я была зажата. Прохожу по балкону так, чтобы не видеть горящих окон столовой. Больше сил держаться нет, и я опираюсь руками на поручни, опустив голову.

Устала. Достало всё. Хочу в тот момент в клубе, когда я была под маской и делала, что хотелось. Принадлежала себе самой, пусть и несколько минут.

На улице очень тихо, ветра нет, воздух будто стоит. В какой-то момент мне кажется, что я не одна. Неужто Артур посмел выйти за мной?

Но, обернувшись, убеждаюсь, что я по-прежнему в одиночестве. Снова опираюсь на перила ладонями, глядя в темноту неба. Снова вдыхаю глубоко, но вот выдохнуть спокойно уже не получается, потому что рядом с моими руками по обеим сторонам ложатся чужие ладони.

Обмотанные полосками красной ткани…

10

Я дёргаюсь, но тут же застываю от страха. Тело сковывет так, что кажется, даже зубы стиснуты настолько, что вот-вот раскрошатся.

– Здравствуй, Надя, - раздаётся приглушённый голос у меня возле самого затылка. - Ты, кажется, замёрзла."

"Я вся обмираю. Не знаю, наверное, это нервное, но его голос мне кажется каким-то нереальным. Странно глубоким и полным тьмы.

– С чего ты взял? - голос не слушается.

Да и вообще, мозг, кажется, тоже замёрз. Разве я должна с ним разговаривать? Нет! Я должна закричать, позвать на помощь! Отец, Артур, охрана - услышат и придут. Но вместо этого я зачем-то разговариваю с ним, идиотка.

– У тебя мурашки по коже, - едва касаясь ведёт пальцем по моему предплечью, действительно покрытому россыпью мурашек.