Сыч – птица ночная

 — Когда они пойдут к своим машинам, рассредоточьтесь. Хафиз — чемодан отдашь мне, потом назад. Прикроешь меня, пока они будут считать. Давай неси.

Из джипа вышел крепкий мужик лет тридцати, облаченный в импортный камуфляж, — в руках его был небольшой черный «дипломат».

— Не торопись, дорогой! — насмешливо бросил горец, заметив, что кабинетный русый шагнул в сторону мужика с «дипломатом». — Возьмите Ивана, пусть эти отойдут назад.

— Не понял? — насупился русый, не отрывая взгляда от «дипломата». — Чего сделать?

— Сейчас твои солдаты отойдут, — терпеливо пояснил седой, забирая у Хафиза «дипломат» и благоразумно отступая назад. — А Иван сам стоять не может. Подержите его, чтобы не упал. Вообще он у нас дорогой, беречь надо.

— С чего ты взял, что мои парни должны отойти? — «включил дурака» русый. — Ты чего здесь командуешь?

— Ты вообще такой большой мужик, а ведешь себя как ребенок, — не одобрил манеры оппонента горец. — Давай быстро рассчитаемся и поедем каждый по своим делам. Пусть отойдут к вашим машинам.

— Давай хлопцы — на исходную! — поспешил вмешаться брюнет, подхватывая меня под руку и делая отмашку моим конвоирам. Парни на секунду замешкались, ожидая отбойной команды со стороны русого, но таковая не воспоследовала. Русый хмуро смотрел, как Хафиз, вернувшись к джипу, выдернул из салона «ПКМС»7,62-мм пулемет Калашникова

разместил его на капоте и, развернув ствол в нашу сторону, удобно изготовился для стрельбы стоя, практически слившись с корпусом машины."

"Русый засосал добрую порцию воздуха, стравил его сквозь плотно сжатые зубы и неопределенно покрутил башкой. Все. Численный перевес, обещавший моим пленителям несколько секунд назад ощутимое преимущество перед абреками в случае внезапного боестолкновения, был сведен на «нет» внезапно возникшим на плацдарме большим стволом.

— Ну вы, блин, даете! — Русый нервно ухмыльнулся, невоспитанно сплюнул на землю и кивнул моим конвоирам:

— Давай к машинам. Смотрите там… — После чего парни удалились на исходную позицию — к санитарному «рафику».

— Считайте, — разрешил седой, небрежно ставя «дипломат» на камни и принимая меня, как эстафетную палочку, у кабинетного брюнета. Надо вам сказать, что сделал он это весьма своевременно: брюнет не замедлил оттолкнуть мое слабосильное тело и поспешил присоединиться к русому, который уже вовсю возился с номерными замками кейса.

— Плохие люди, — пробормотал я в процессе перемещения к джипу — седой, воспользовавшись минутным замешательством кабинетных, не замедлил утащить меня в салон машины — под защиту стволов своих боевиков. — Жадные, вредные, стремные… Я бы на твоем месте, дядя Гасан, завалил бы их и забрал бы обратно бабки.