Сыч – птица ночная

Один вооруженный страж гулял по двору под фонарем, медленно наливавшимся сиреневым светом по мере сгущения сумерек, двое находились в доме. Женщины, как обычно, сидели на кухне — их расплывчатые силуэты, просвечивающие сквозь тюль кухонного окна, я мог наблюдать в бинокль.

— Я иду к вам, абреки, — плотоядно рыкнул я, соскальзывая вниз.

— На, посмотри — пойдет такой? — Поликарпыч встретил меня в сенцах с картонной коробкой, в которой что-то шуршало и брякало.

Осторожно отогнув край крышки, я заглянул внутрь и поневоле засмущался, сраженный плеснувшей навстречу укоризненной зеленью звериных глаз. Котяра имел место, рыжий, здоровенный, на вид ленивый и страшно обиженный, а к хвосту были прикручены скотчем две продырявленные жестяные банки из-под зеленого горошка.

— Здоровый больно! — усомнился я. — Ну и как я с ним? Рукавицы придется брать — порвет всего, пока вытащу.

— Не порвет, — Поликарпыч ловко ухватил кота за шкирку, выдернул его из коробки и поднес рыжую морду вплотную к своему лицу. Я инстинктивно зажмурился — сейчас вцепится!

— Мэоу! — утробно мявкнул кот и, вопреки ожиданию, стал отталкиваться от физиономии Поликарпыча передними лапами, не выпуская когтей.

— Ху-у-у! — Поликарпыч мощно дохнул на кота богатейшим чесночным ароматом — накануне тетя Маша наготовила ядреного холодца, до которого мой напарник был большой любитель.

— Уу-уяо!!! — нестандартно крикнул котяра, изо всей силы отворачивая морду в сторону, немного подумал и выдал что положено, в меру оскалившись:

— Фффа-а-а-а… — но как-то неубедительно, через силу, что ли.

— А ты говоришь… — победно констатировал Поликарпыч, водружая кота обратно. — Я его знаю — это соседский, Сашки-мясника. Ленивый, гад, — целыми днями спит и мясо трескает. Когда надо будет, возьмешь за шкварник и потрясешь.

— Сожрут, — пессимистично заявил я, ставя коробку в угол и вытаскивая из нычки под крайней половицей сверток с пистолетом. — Не жалко? Соседский все же.

— Не сожрут, — компетентно возразил Поликарпыч, наблюдая, как я напяливаю плечевую кобуру. — Когда приспичит, он летает как метеор. Поехали, что ли?

— Поехали…

Спустя восемь минут «Нива» притормозила в переулке за два дома до моей усадьбы. Взяв коробку с рыжим зверем, я напомнил Поликарпычу о бдительности и неспешной трусцой припустил по переулку к параллельной улице, на которую выходил тыл моего подворья."

"Сумерки в этот вечер обычным порядком сгущаться не желали. Они уплотнялись со страшной скоростью, словно подстегивая меня: быстрее, солдат! Спеши собрать свой кровавый урожай, пока не ждут тебя, пока никто не знает, что ты есть.