Пташка для тигра

Я, конечно, помню, что ты мужчин почти не видела, но не думаю, что я сильно отличаюсь от того идиота. И не пугайся, я тоже хочу искупаться, вымотала ты меня своими покупками. Но хоть дело сделали, уже хорошо,– спокойно говорит он, подходя ко мне. Опускает руку в воду и проверяет на температуру. Довольно кивает.

И я бы, может, и проверила, что всё так просто, но вот орган-то был возбуждён! И уже стоял по стойке смирно. Как мне на это реагировать?!

Заметив мой интерес, Райхан усмехнулся и нагло провёл своей рукой по длине всего члена, словно дразня меня.

– А вот в этом ты виновата. Зачем так нагибалась?– ничего себе предъявил!

Сам просил раздеться, так ещё и не нравится? А как я должна была по-другому раздеться?

– Ладно, давай, залазь, воды уже нормально набралось,– быстро говорит он и, схватив за талию, ловко усаживает в воду, а потом и сам садится. Но почему позади меня?

Ванна достаточно большая для двоих, но нет! Хозяин садится за моей спиной, да ещё перехватывает за талию и усаживает меня впритык к себе. И теперь я отлично чувствую его возбуждение, что трётся о мою спину.

– Давай немного полежим,– произносит тихо, а затем его рука поднимается выше, накрывая мою грудь, и давит, чтобы я прилегла на него. А потом снова уже знакомый жест – его лицо зарывается в мои волосы и глубокий вдох. Нет, он точно ненормальный.

Старалась лежать и не шевелиться, мало ли, в чём ещё обвинят, потом и отрабатывать или исправлять положение заставят, хотя куда уж хуже. Мощный агрегат и так был уже, видимо, на пике.

– Аня, расслабься, ты чего так нервничаешь? Напряжена так, словно я бревно обнимаю, а не симпатичную девушку.

Ох, как мне не нравятся его слова, и к чему это «симпатичная»?

– Я впервые в ванной с мужчиной, как-то непривычно,– на ходу сочиняю достойный ответ. Не признаваться же, что я боюсь его.

– Точно, ты у нас, можно сказать, девочка,– усмехнулся он и прижал ещё сильнее. При этом его ладонь чётко взяла в плен одну грудь и слегка её сжала.

– Скажи, неужели за все годы не хотелось?– шепчет он, касаясь губами ушка, в то время как одна рука медленно гладит животик и опускается чуть ниже, а другая делает своеобразный массаж груди, о котором я не просила.

По телу проходит дрожь, и возбуждение становится более ярким. Ну, вот зачем опять меня дразнить?

– Хотелось, но воспоминания о той боли быстро перебивали желание,– стараюсь говорить отстранённо, но не получается. Дыхание учащается, пальчики на ногах подгибаются, а бёдра сжимаю как можно сильнее.

Его рука как раз достигает их, но упёршись в преграду, Райхан смеётся.

– Трусишка, но ничего, твоё право. Не хочешь, как хочешь,– спокойно говорит он, слегка посмеиваясь, а вот меня бьёт дрожь.