Психолог для миллиардера (СИ)

Жаль, что мерзавцу удастся выйти сухим из воды, а кнопочка будет крайней…

Тут он почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. В гордом одиночестве, с двумя бокалами шампанского у венчального шатра на нетвердых ногах стояла мать невесты. Она неуверенно сверлила глазами Абрахама, но подойти не решалась. Тот, ведомый неведомым предчувствием, сам направился а мачехе.

Анабель попыталась уйти, но выпитый алкоголь уже повлиял на координацию. Каблуки предательски вязли в газонной траве, а шампанское расплескивалось в бокалах. Если бы не твердая рука Ферта она бы обязательно упала лицом вниз.

- Мадам, в чем причина вашего раннего пьянства? – он был сама галантность. – Раньше вы увлекались этим лишь по вечерам.

- У моей дочери свадьба! – проверещала женщина, пытаясь высвободиться из неожиданного плена. – А кстати, где она? Какая-то задержка?..

- Да! Кнопочка в последний момент решила сменить жениха на "побогаче".

Ферт громко засмеялся, поражаясь собственному остроумию, а вдовствующая мачеха, залпом осушив оба бокала, бросилась к нему в объятия.

- Боже! Как я счастлива! – она крепко обняла мужчину и, заливаясь слезами, прошептала – Мне было так ужасно… так стыдно…. Моя девочка, а я так с ней поступила…

Ферт на секунду опешил. Анабель хоть и была пьяна, но умалишенной ее не признал бы ни один врач. Что-то наверняка произошло, и это что-то может оказаться крайне полезным для дела.

Он погладил несчастную по голове и заглянул в глаза. От этого взгляда развязывались языки и у закоренелых преступников.

У немолодой женщины просто не было шансов. Она заговорила.

- Я думала, что умру от позора. Моя девочка такого не заслуживает. Этот Стентон… двуличный подонок.

- Я знаю, мэм, но вы бы излагали уже ближе к делу!

- О, да. Прости. Он подвозил вчера меня до дома… Было много мартини. Мы пили по очереди с горлышка… – она на миг запнулась, словно собиралась с силами перед сложным боем. – А потом я проснулась в его кровати. Ночью.

- Что? – Ферт взревел, как разбуженный медведь. – Ты умудрилась трахнуть жениха собственной дочери? Анабель!

- Я ничего не помню, он так храпел, что я проснулась, – женщина плакала, растирая по щекам тушь и яркие тени. – Я не хотела! Клянусь! Не знаю, как это вышло…

Абрахам еще минуту смотрел на воющую вдовушку, стискивая зубы от гнева. Она все плакала, проклинала себя, жалела Лили…

И вдруг, в голове вояки, как что-то прояснилось. А ведь это, по сути, самое настоящее спасение. Судьба сдала ему на руки козырные карты.

- Милая Анабель, – голос Ферта был необычайно ласков и добр. – Я, признаться, всегда тебя недолюбливал, но … сейчас готов просить прощение.

Женщина не сводила с него изумленных глаз.