Оперативный псевдоним

Но Дуремар рванулся с нечеловеческой силой, свойственной наркоманам в критической ситуации, и легко освободился из борцовского захвата. Брат оторопел и по инерции протянул руку, еще не понимая, что события отклонились от задуманного сценария. В это время у него кольнуло в животе, но не так, как бывает, когда обожрешься мясом, а пугающе длинно, от пупка до самых кишок. Дуремар вывернулся из-под простертой ручищи, но убегать не стал, брат почувствовал еще укол и еще, но, только рассмотрев глаза своего противника, понял, что эти уколы означают. Дуремар колотил шилом как заведенный, рука стала липкой, и он понял, что сейчас гладкая ручка выскользнет. В это время хлопнула дверь.

– Семен, он меня убил, – утробно выговорил брат, оседая на грязный, заплеванный семечной шелухой пол. Уколы превратились в раскаленные угли, которые выжигали ему все внутренности, причиняя непереносимую боль.

– Что?! Ах сучара!! – страшно зарычал Семен и сунулся за револьвером, но дверь хлопнула еще раз, и слесарный молоток ударил его в позвоночник, лопатку и ключицу. Семен был одним из лучших «солдат» речпортовской группировки, он участвовал во многих разборках, ходил на ножи и на стволы, верил в удачу и выходил победителем из любых переделок. Сейчас у него отнялась правая часть тела от плеча до пояса, он перестал ощущать рельефную рукоятку «тэтэшника», да и руку свою тоже перестал чувствовать, как будто ее не было вообще. Внезапно пришло понимание, что этот заплеванный подъезд, в который они зашли для минутного дела, станет местом его конца. Животный ужас плеснулся где-то внутри и выплеснулся наружу."

"– А-а-а-а! – страшным голосом зарычал он, разворачиваясь и размахивая слушающейся пока левой рукой, чтобы задавить, задушить, разорвать на куски того, кто пытается отправить его на тот свет. Удар пришелся Сушняку в голову, и он безвольным кулем отлетел в угол, но Семена что-то кольнуло под лопатку, прямо в сердце, из пробитой сердечной сумки цвиркнула кровь, давление в могучем организме резко упало, и он потерял способность к активным действиям. Дуремар ткнул в деревянную спину еще несколько раз, но, как он и ожидал, шило вылетело и исчезло в темноте, однако под ногой оказался молоток, он подобрал его и дважды ударил по твердой, неприятно хрустящей при каждом попадании голове. Безмолвно разевая окровавленный рот, Семен повалился на семечную шелуху.

– Что вы там разорались, пьянь подзаборная! – закричала из-за двери Тонька. – В вытрезвитель захотели? А ну пошли отсюда, сволочи!

Дуремар хлопнул Сушняка по щекам.

– Быстро рвем когти.