Оперативный псевдоним

– Вы встречались с Кондратьевым?

– Нет.

– Вы специально направлены для внедрения в банк?

– Нет.

– Бывали за границей?

– Нет.

– Жили по чужим документам?

– Нет.

– Вы проходили специальную боевую подготовку?

– Нет.

– Приходилось стрелять в людей?

– Нет.

– Париж красивый город?

– Не знаю.

– Вы проходили раньше испытание на полиграфе?

– Нет.

– Вас учили, как скрыть правду при опросе с полиграфом?

– Нет.

– У вас есть счета в зарубежных банках?

– Нет.

– В российских?

– Нет.

– Вам нравится Австрия?

– Не знаю.

– У вас есть крупные суммы денег или ценностей?

– Нет.

– В Африке очень жарко?

– Не знаю.

Опрос продолжался еще около двадцати минут, наконец Слепцов улыбнулся.

– Ну вот и все. Устали? – Он снял с Лапина датчики. – Можете быть свободны. Результаты я передам Пал Палычу.

Сергей размял затекшие мышцы.

– А каковы результаты?

– Отличные, – Слепцов улыбнулся еще шире.

Но, когда испытуемый вышел, улыбка погасла. Результаты вовсе не были отличными, скорее наоборот. Лапин не прошел тестирования. Слова и реакция организма не совпадали. Если верить прибору, Лапин говорит не правду примерно в двух случаях из трех. Эта не правда не опасна для банка и не приносит никакой выгоды самому испытуемому. Зачем же он тогда врет?

Да и картина лжи выглядит крайне странно и совершенно необычно. Судя по показаниям полиграфа, в процедуре тестирования поочередно участвовали сразу несколько человек. Причем у каждого из них имеются специфические отличия, например, разные временные реакции на вопрос, а также отличающаяся по амплитуде и длительности импульсов психоэнергетика.

Взять, к примеру, «зарубежный» вопрос, звучавший чаще других. В общей сложности у Лапина на него нашлось четыре варианта ответов.

Первый: твердое «нет». Полиграф, получающий объективную информацию со своих датчиков и электродов, подтверждает, что Лапин действительно никогда не бывал за границей.

Второй вариант: испытуемый вслух сказал «нет», но компьютер столь же однозначно фиксирует ложь.

Третий вариант: Лапин попытался «прикрыться», но сделал это не очень умело.

И, наконец, четвертая «версия» Лапина: тестируемый вполне профессионально прикрыл свои эмоции, но сопоставление психофизиологических характеристик выявляет умело замаскированную ложь.

Полученные результаты выглядели настолько не правдоподобными и даже абсурдными, что заставили Слепцова усомниться в исправности оборудования. Он запустил с клавиатуры контрольный тест. Проверка показала, что полиграф функционирует исправно. Странно, очень странно... В его практике подобных случаев никогда не встречалось. И в специальной литературе они не описываются...

Тяжело вздохнув, Слепцов принялся составлять отчет.

Тем временем Лапин разговаривал с Терещенко.