Оперативный псевдоним

– Вы ошиблись, здесь такого нет.

– А чей это номер?!

– Номер служебный. Раз вы не знаете, кому он принадлежит, я ничем не могу вам помочь.

Раздались короткие гудки. Начальник ЭКУ вытер пот со лба. Могло быть и по-другому. Тот же мужской голос, не знающий капитана Соколовского.

Или принадлежащий капитану Соколовскому, но не помнящему о состоявшемся разговоре. Или вообще отключенный телефон. Но ведь это не игры со звонками наугад: это официальная связь по каналам МВД! Здесь пахнет не розыгрышами и шутниками... Пахнет теми самыми строго засекреченными тайнами и неожиданными смертями, которые часто приходилось видеть в лихих боевиках... А сценаристы не всегда выдумывают сюжеты – взятое из жизни воспринимается гораздо достовернее...

Витошина охватил страх. Девятнадцать тридцать, комплекс зданий УВД опустел, на доклад к генералу надо пройти сквозь безлюдные этажи ЭКУ, выйти на улицу, пересечь сто пятьдесят – двести метров пустынного темноватого двора, зайти на «черную», вечно не освещенную лестницу, подняться на второй этаж... Обычный, привычный путь, но сейчас на каждом метре могла подстерегать опасность.

– Что с вами, товарищ подполковник? – будто сквозь вату донесся голос Пилютенко.

Начальник ЭКУ встряхнул головой.

– Ничего. Пойду доложу генералу...

– Мне пойти с вами?

– Пойдем...

За окном густели сумерки. Они оба свидетели. Вдвоем лучше не идти.

– Впрочем, дождись меня здесь...

Начальник ЭКУ залез в сейф, покопался в груде отстрелянного оружия, выбрал крохотный дамский «браунинг», снарядил обойму четырьмя – больше не было, патронами. Взял мощный аккумуляторный фонарь, накинул шинель, сунул пистолетик в карман и вышел в гулкий пустой коридор. Он понимал, что его страх может выглядеть чистой паранойей и стать поводом для многочисленных насмешек, но сейчас ему было не до смеха. Перед тем как выйти на лестничную площадку, он светил фонарем, целясь из «браунинга» параллельно лучу, с такими же предосторожностями пробегал пролеты, словно по вражеской территории, пробирался по захламленному двору.

Только выйдя в освещенный коридор второго этажа основного здания, он перевел дух. В приемной никого не было, рабочее время секретаря истекло.

Оставив шинель и фонарь, Витошин зашел в кабинет к генералу. Высокий, ширококостный, с овальным, чуть вогнутым лицом, Крамской выглядел озабоченным и раздраженным. Он внимательно выслушал доклад, задал несколько вопросов и кивком отпустил подполковника. Потом еще раз просмотрел предварительный акт вскрытия киллера из «Маленького Парижа».

Смерть наступила в результате слепого огнестрельного ранения головы с повреждением мозга, входное отверстие располагалось в переносице.