Оперативный псевдоним

 – Остался бы ожидать, и – готовьте ящик! Бр-р-р-р!

Он передернулся и налил полстакана водки.

– Давайте помянем братков...

Они, морщась, выпили водку, закусили жареным мясом. В сосредоточенной тишине мощные челюсти перемалывали горячие упругие ломти.

– Не верю, что это он их сделал, – процедил Биток. – Чтобы таких ребят как свиней разделать, целая бригада нужна...

Он чувствовал, что бразды правления выскальзывают из рук. Еще одна неудача – и пацаны начнут разбегаться.

– Может, и была бригада... Может, они с Рубеном пришли, – вконец разволновался Коляша, ибо выходило, что он все перепутал и просто отправил ребят на смерть. – Ты посмотри, что получается: если он ни при чем, Семен взял бы его спокойно и привез к нам. Так ведь? А раз такое дело вышло, значит, он не в стороне стоял! Ну, так или нет, скажите свое слово!

– Вообще складно, – вымолвил Угол.

– Мне тоже кажется, – кивнул Питон.

– Рубен с шилом?

– Ну, может, не Рубен, мы же его дел не знаем...

– Ладно! – Биток хлопнул ладонью по столу. – Чокнутого искать по всему городу! Найдем, под утюг положим и про все расспросим.

На том и порешили.

Бывшие комитетчики и нынешние банкиры.

И в «Тихпромбанке» рабочий день начался с совещания. Проходило оно в узком кругу, только председатель и Ходаков с Митяевым. Отсутствие Тимохина бросалось в глаза, но Юмашев пояснил, что тот позвонил и предупредил о болезни.

– До двух ночи работали, – сообщил Митяев. – В кабинетах точно ничего нет, а подсобные помещения надо перепроверить.

– Хорошо, – чувствовалось, что Юмашевым владеет скрытое напряжение. – А что в Кузяевке?

Ходаков подробно доложил о деловой части своей поездки.

– И каковы выводы?

Ходаков помолчал.

– Надеюсь, вы не считаете меня идиотом?

От удивления Юмашев на миг даже избавился от охватившей его скованности.

– А в чем дело?

Ходаков прямо глянул ему в глаза, как человек, твердо уверенный в своей правоте.

– Да в том, что Лапин работает не на Тахира! И он никогда не попадал под машину! И никакой он не психбольной! Он из наших! Или, может, из военных, это дела не меняет! Легендированная биография, блокировка сознания, а появился он в Тиходонске второго сентября девяносто первого года!

Когда я сжигал кузяевский архив, все прятали концы в воду, консервировали агентуру! Когда московские бонзы выпрыгивали с балконов один за другим!

Ходаков постепенно поднимался и теперь стоял, выкрикивая каждую фразу в полный голос, будто вколачивал гвозди в сознание собеседников.