Дань псам. Том 1

Тогда бы он был гораздо благодарнее.

– В данном случае благодарность – неуместная роскошь, Престол Тени. Не забывай: никто и ничто не должно отвлекать Путника от предначертанного ему. С Маэлем он разберется в другой раз.

– Да, очень хорошо. Оставим эти подробности до того момента, когда потребность в Путнике станет более, кхм, неотложной. Мы поразмыслили над его замечанием, сделанным в этот день на этом месте, и гляди: выяснили, что виновен не кто иной, как Старший бог морей! Теперь иди сюда, достань свой прокля́тый меч и поруби врагов на кусочки!

– Не о том нам сейчас следует размышлять, – сказал Котильон.

– Нет, конечно же нет. Мы и так все знаем! А о чем следует размышлять?

Котильон повернулся к Престолу Тени.

– Маэлю ничего не стоило убить Путника, однако он решил всего лишь его задержать. Зачем? Вот о чем надо поразмыслить.

– Да-да, ты прав. Я на мгновение подвергся праздности и беспечности, но теперь подозрения крепнут. Он пытался его задержать, да, но зачем? Ради чего?

– Я, кажется, кое-что понял.

– Что? Говори же, ну!

– Не важно, что там задумал Маэль – его план все равно не сработает.

– Объясни?

– Маэль полагает, будто жертва пытается скрыться от охотника…

– Конечно, с чего бы ему считать иначе? Хи-хи-хи! Ничего-то Маэль не понимает, кретин!.. Ладно, давай уходить из этой кучи пепла, у меня уже в горле першит.

Щурясь от яркого солнца, Котильон смотрел на Гончих и их предводителя.

– Как мы угадали с моментом…

– Как всегда, идеально.

– Пока что.

– У нас все получится.

– Хорошо бы.

– Кого из наших новых союзников ты считаешь слабым звеном?

Котильон оглянулся на Престола Тени.

– Тебя, конечно же.

– Я имел в виду, кроме меня.

Престол Тени ждал ответа, а Котильон молчал и не сводил с него взгляда. Бог нервно заерзал на троне.

Полуночные события в одинокой таверне в селении Морско оставили у Нимандра незабываемые воспоминания. Мутные взгляды, черные рты. Вокруг глаз размазано что-то желтое. Селяне напирают на тисте анди, натыкаясь друг на друга, тычут в лицо грязными бутылками. От пойла язык у них заплетается, но в нечленораздельном бормотании можно разобрать приглашение выпить.

Однако даже без Чикова предостережения соглашаться Нимандр не собирался; сородичи, к счастью, тоже. Так они и стояли толпой на пороге, неуютно поглядывая по сторонам. В тесном помещении царил приторно-гниловатый запах пота и как будто свежеразлагающихся трупов.

Клещик подошел к Нимандру. Оба смотрели, как Чик проталкивается к стойке, а Десра неотступно следует за ним.

– Кувшин вина? Здесь? Ох, едва ли.

Нимандр склонен был согласиться. За каждым столиком народ прикладывался к одинаковым бутылкам с длинным почерневшим горлышком.

Бормотание усилилось, напоминая нескладное мычание коров на бойне.