P.S. Позволь тебя любить

Все же жизнь с Олегом научила её «держать лицо». Так же, как и вести переговоры без лишних эмоций. Неважно, что у неё происходит в душе, она не маленькая девочка и щадить её, считаться с её чувствами никто не должен.

Ей никто ничего не обязан.

— Хорошо, — медленно, немного растягивая гласные, ответил Назар и, наконец, отошел от её кресла.

Зоя могла вздохнуть свободнее.

Досадно другое — не получалось.

Назар занял место напротив. Ни улыбки, ни приветливого жеста. Она, конечно, сама задала тон вечеру и ей не надо от Ватарова реверансов, но что-то кольнуло в груди.

— Вина?

— Нет, спасибо. Мне за Русланом присматривать надо.

В темно-синих глазах на мгновение промелькнуло одобрение. Или это игра света?

Зое не надо одобрений. Ни от Назара, ни тем более, от Касима Вадимовича.

— Тогда воды?

Зоя кивнула.

Они по-прежнему соблюдали первичные основы этикета.

И только.

— Можно.

Зоя ужинать не хотела. Кусок в горло не лез. Она перекусила в пять часов.

Назар взял бутылку с минеральной водой без газа, отвинтил крышку. Взгляд Зои невольно задержался на его руках. На кистях. Крепких, покрытых черными волосами. На часах-скелетонах, подчеркивающих бронзовый загар кожи. Отчего-то вспомнилось, что Назар очень любит часы, коллекционирует. Она даже хотела ему сделать подарок. Думала, как найти деньги, порадовать его.

Глупая…

Он налил воду в бокал и протянул ей. Зоя приняла, взяв его таким образом, чтобы ни в коей мере не соприкоснуться с пальцами Назара."

"— Назар, давай не будем ходить вокруг да около. Я хотела бы побыстрее вернуться в номер. Пусть Надежда Ивановна и приятная женщина, я не хочу оставлять Руса надолго с ней.

Назар тоже налил себе воды и залпом осушил её.

Ни он, ни она не прикоснулись к еде, что томилась под баранчиками.

— Как скажешь, Зоя. Тогда сразу к делу. Я рад, что Руслан — мой.

По спине Зои покатилась теплая волна. Потом ещё одна.

Не поддаваться…

Не размякать.

— И сожалею, что узнал о его существовании только сейчас. Прошлого уже не изменить. Поэтому говорить о том, что было бы — не стоит. Давай постараемся договориться. Из свидетельства о рождении, где стоит прочерк в графе отцовства, я так понимаю, Шайский не признал его сыном.

— Нет, — Зоя не собиралась отрицать очевидное.

— Зоя, ты же понимаешь, что я хочу быть ближе к сыну? — голос Назара понизился.

Она бы соврала, если бы сказала, что не ожидала услышать нечто подобное или что за этот день десятки раз не представляла, о чем они будут говорить.

Представляла. Проигрывала, гоняя разные сценарии снова и снова. Готовила ответы.

И всё же не получалось вести себя по запланированному.

— Понимаю. И это даже, наверное, похвально. В наше время отношение отцов с детьми…сложное.