P.S. Люблю тебя

— Хорошо, Таша, — с готовностью и, как мне показалось, с облегчением произносит муж и после секундной паузы спрашивает: — Как поживает Сэм?

При упоминании сына мой голос непроизвольно смягчается. За эту неделю Сэм несколько раз спрашивал об отце, и мне приходилось придумывать причины, по которым Айзек ему не звонил.

— У него все хорошо. Ты всегда можешь набрать ему, Айзек. Я говорила, что не буду мешать вашему общению.

— Да, сейчас я ему позвоню. Тогда до встречи вечером, Таша.

Айзек не позвонил. Возможно, на перспективу мне стоит испытывать эгоистичное торжество, что так Сэм начнет скорее его забывать, и мне не придется лишний раз лицезреть лицо мужа, привозя его к нему, но я слишком люблю сына, чтобы ставить свои интересы выше его. Мудрая Эмми говорила, что с разводом многие мужчины теряют интерес к детям, думаю, то же касается и Айзека. Вполне ожидаемо, учитывая наши обстоятельства, но от этого не менее горько, ведь Сэм любит его.

Когда я вхожу в кафе, в которое изредка наведывалась в обеденный перерыв, Айзек уже ждет меня за дальним столиком. Его волосы аккуратно уложены, лицо свежевыбрито, но выглядит он при этом неважно. Дело даже не в рассеченной переносице и не исчезающей желтизне синяков под глазами, а скорее, в его поникшей позе: плечи безвольно опущены, как и пустой взгляд, устремленный в чашку с кофе.

— Здравствуй, — я кладу на стол сумку и сажусь напротив.

Айзек поднимает глаза, оценивающе смеривая мое лицо, и натянуто улыбается.

— Здравствуй, Таша. Ты отлично выглядишь.

Я игнорирую этот комплимент и делаю знак официанту, чтобы принес мне кофе. Я здесь лишь для того, чтобы договориться о полюбовном разделе имущества, а не для создания видимости теплых человеческих отношений. При всей моей нынешней неприязни к мужу, у меня нет намерения превращать развод в войну: мне не нужны алименты, и ничего сверх заключенного брачного договора. У меня есть опасения касательно «Эванс&Фьюри»: что необходимо будет выкупать процент акций, принадлежащий семье Айзека, а на это у компании сейчас нет денег. Просить помощи у Джейдена я не буду.

— Я здесь, чтобы обсудить условия развода. Мне хотелось бы обойтись без судебных тяжб. Надеюсь, ты понимаешь, что после произошедшего жить с тобой я не буду.

— Все так же холодна и расчетлива, — медленно произносит Айзек, меняясь в лице, и я отчетливо понимаю, что в этом разговоре он рассчитывал отнюдь не на это. Он был уверен, что сможет меня отговорить. — Мы прожили шесть лет, а ты даже не потрудилась лично сообщить мне о разводе."

"— Я говорила тебе о нем, и раз уж мы прожили шесть лет, пять из которых с натяжкой можно назвать браком, ты должен был знать, что я словами не разбрасываюсь.