Прыжок под венец

Один короткий промежуток времени, уложившийся между двумя ударами сердца, – и она исчезла безо всякого следа.

Влад медленно перекатился на спину. Расслабленно вытянулся во весь рост и открыл глаза.

На его губах застыла счастливая улыбка.

– Спасибо, – прошептал он. – Спасибо.

И застыл с блаженным выражением на лице, устремив немигающий взор поверх моей головы.

Я невольно всхлипнула. Если честно, мне было очень жаль Влада. Нет, хорошо, конечно, что отец убил вардока. Но, получается, и сам Влад теперь умрет?

Отец тем временем присел на корточки перед распростертым телом. Приложил два пальца к шее Влада, наверное, желая убедиться, что жизнь окончательно покинула его.

Я жалобно скуксилась, готовая расплакаться. Нет, Влад давно убил во мне любовь к себе и даже симпатию. Но… Все-таки жаль, что наша история пусть несчастливой, но любви завершилась подобным образом.

Отец кинул на меня быстрый взгляд снизу вверх. Затем встал и машинально отряхнул джинсы.

– Принеси ему, что ли, одеяло и подушку, – попросил он меня.

– Зачем? – недоуменно поинтересовалась я.

Ахнула, сообразив, что на полу гостиной в квартире моей матери теперь лежит труп. Ой, тело ведь куда-то девать надо! А как?

В памяти мигом всплыли многочисленные детективы, которые я раньше читала запоем. Если судить по этим произведениям, от трупа надлежало избавиться темной ночью, прежде завернув его в какую-нибудь плотную ткань. Погрузить в машину, вывезти за город и похоронить подальше от людей.

Так, теперь понятно, почему моему отцу потребовалось одеяло. Но подушка-то зачем? Или он сам вздремнуть захотел, утомленный недолгим поединком?

– Как зачем? – Отец пожал плечами. – Подушку под голову, одеяло поверх.

Я изумленно захлопала ресницами. Кажется, я чего-то не понимаю.

– Накрой его, – с нажимом проговорил отец и глазами показал на Влада. Добавил с усмешкой: – Прохладно ему, наверное, на полу-то лежать.

– В гробу будет еще холоднее, – на всякий случай напомнила я.

И тут Влад моргнул. Это произошло так внезапно, что я едва не завизжала в полный голос. Ой, жуть какая! Покойник моргает!

Отец забулькал от сдерживаемого с трудом смеха, оценив мой перепуганный вид. Пояснил, широко улыбаясь:

– Да жив он. Жив. Правда, отсыпаться будет не меньше недели. Ну да оклемается. Организм молодой, сильный. Вардок, конечно, приличный кусок его души сожрал. Но это поправимо. Душа – не рука и не нога. Она имеет практически неограниченные способности к регенерации. Так что я еще ваших внуков понянчу.

– А? – растерянно переспросила я, как-то мгновенно потеряв нить его рассуждений.

– Но сперва свадьба! – Отец шутливо пригрозил мне пальцем.