Прыжок ягуара

 – Клянусь! Давай все забудем! Я не знаю тебя, ты – меня. Умоляю! Поверь!

Лавров подумал, зачем он здесь. Должно быть, затем, чтобы увидеть весь этот дурацкий спектакль, разыгранный Каретниковой для мужа. У него потемнело в глазах, и он вдруг понял: с ним что-то не так. Когда это началось? Еще до того, как он вошел сюда? Или ему стало плохо в шкафу от спертого воздуха, пропитанного запахом шоколада?

Время от времени на него наплывал какой-то странный туман с мельтешащими пестрыми пятнами, быстрыми и яркими, как солнечные зайчики; какое-то мгновенное оцепенение. Вжик!.. Клац!.. Какие-то молнии пробегали по комнате, какие-то ослепительные неуловимые зигзаги.

Лавров отер ладонью пот со лба и глубоко вздохнул. Наваждение отступило.

– Для верности я сделаю пару сногсшибательных кадров, подруга. Обожаю, когда мне позируют в неглиже красивые и состоятельные дамы. Не откажи!

Он достал сотовый и снял в разных ракурсах ошарашенную женщину и ее «бездыханного» супруга. Раз… два… три…

– Это будет моей гарантией и залогом твоего молчания, – подмигнул ей сыщик. – Если Каретников узнает, что я отпустил тебя, он перестанет мне платить.

Пусть Нелли продолжает считать его детективом, нанятым ее супругом, чем заподозрит, что он преследует свой интерес.

– Я меркантильный ублюдок, который печется только о собственной выгоде, – добавил Роман. – Вставай, собирайся. Я не могу оставить тебя здесь. Мужскую солидарность никто не отменял. Бедняга Каретников не заслуживает быть повешенным собственной женой на шнурке от полога, что бы он ни совершил. По крайней мере, не сегодня…

Едва Глория сомкнула веки, как очутилась в узкой расщелине между двумя скалистыми хребтами. Монотонно отбивал ритм ритуальный барабан, погружая в сон…

Сон во сне, который видишь как наяву, во всех красках и подробностях. Сознание никогда не отключается полностью. Бывает, что какая-то часть его дремлет, но другая в это же время работает.

Бам-м-ммм!.. бам-бам… бам-бам… бам-м-ммм!..

В барабанный бой вплетаются звоны золотого диска. Огромное, отлитое из желтого металла «Солнце» висит на цепях между каменными опорами рядом с диском поменьше. Это отлитая из серебра «Луна». Рядом – человек в белых одеждах с лицом медного цвета, раскосыми очами и орлиным носом. Мочку его левого уха оттягивает черная жемчужина размером с перепелиное яйцо. Перед ним на нефритовом треножнике курятся наркотические травы, клубится пьянящий дымок…

Человек кутается в плащ, изготовленный из кожи молодых девственниц. Это наряд жреца высшего ранга. Ему одному ведомы секреты бытия и смерти. Он – последний из посвященных в культ Бога-Ягуара, которому поклонялись его предки.

– Ай Апек!.. – зычно взывает меднолицый жрец. – Ай Апек!..