Пружина для мышеловки

Это не значит, что я собираюсь тебя бросить, нет, мы по-прежнему будем вместе. Но мне нужен муж.

– И где я тебе его возьму? – отшутился Слава.

– А вот Лева. Чем не муж? Хорошая семья, родители – ученые, сам без пяти минут кандидат наук, шикарная хата, шикарная дача, тачка тоже имеется. Как ты на это смотришь?

– А что? – развеселился Ситников. – Это будет клево. Давай, Ленок, дерзай. А я помогу, если что. Можем разработать с тобой план совместных действий по охмурению Левки.

Он был порабощен ею до такой степени, что готов был даже разделить ее тело с другим мужчиной, лишь бы не потерять. Свою болезненную любовь он скрывал под маской циничного легкомыслия, он боялся, что Лена поймет, какую власть имеет над ним.

Спустя несколько недель вдруг позвонил Аргунов и начал нести какую-то бессвязную ахинею про Лену, дескать, она призналась в любви, но он думает, что это просто дружеский розыгрыш, шутка… Ситников посмеялся вместе с ним и приготовился к тому, что Лена выберет себе в потенциальные мужья кого-нибудь другого. Какая разница, с кем устраивать жизнь, если ее именно устраивать, а не искать неземной любви? Когда же он понял, что никого другого Лена искать не собирается и что Левкин отказ смертельно обидел ее, он понял, что она влюблена. И в кого? В Леву Аргунова, книжного червя, ни кожи – ни рожи, даже мускулатуры приличной нет. Его, Славу Ситникова, она не любит, а Леву любит! Это оказалось для Ситникова ужасным ударом. Но он ничем не выдал себя."

"А злость на Леву затаил. Ну чем, чем этот хорек лучше него? И даже мысль о том, что спит Лена все-таки с ним, со Славой, его не утешала. Он хотел владеть ею, обладать ею полностью, а не только в постели, он хотел иметь над ней власть более сильную, чем она имела над ним самим, он пытался перестать быть ее рабом – и ничего не мог поделать. Оковы не только не сбрасывались, а становились все тяжелее.

Все надежды его сосредоточились вокруг брата Лены. То, чем она занималась, когда брала больничный и переставала ходить на работу, вызывало в нем дрожь ужаса, смешанного с восторгом. Ее жестокость, хладнокровие, цинизм и расчетливость были беспредельны. Позволять человеку безнаказанно убивать детей, чтобы собрать материал для книги, которая должна стать бестселлером! Умом нормального, обычного человека это постичь невозможно. И эта непостижимость манила Ситникова, притягивала, лишала его воли и самообладания. Чем страшнее было то, что делала Лена, тем сильнее он ее любил, тем сильнее болел ею и страшился потерять. Он стал ее поверенным во всем, что касалось брата, и тешил себя иллюзией, что связывающая их общая тайна сделает их союз надежным и долговечным. Нельзя, невозможно бросить человека, который знает про тебя такое…

Идея разыграть Левку Аргунова принадлежала ему.