Провокатор

Не желаю, чтобы он останавливался и хочу навеки остаться здесь, но понимаю, что это сродни самоубийству. Если он не остановится, то я пропаду. Оскар никогда не простит мне этого.

- Что ты, Черёмуха, нервничаешь? Думаешь одна такая умная? - произносит он, наклоняясь и обхватывая рукой мою шею, - я уже сбросил свои настройки до заводских.

С этими словами он снова впивается в мои губы, а меня начинает трясти. Со всей силы прикусываю его губу и чувствую солоноватый привкус крови. Он с силой дергается назад и стирает кровь руками. Я моргаю и смотрю, как напрягается его лицо. Страшусь того, что он может меня ударить, и понимаю, что совершенно не знаю этого парня и что, черт возьми, у него на уме. Ян угрюмо молчит, но я вижу, как в его глазах загораются зловещие искры, а скулы бледнеют от напряжения. Я пытаюсь спрыгнуть со стола, но он перехватывает мои руки и разворачивает меня к себе спиной.

- Отпусти, я буду кричать, - произношу я пытаясь вырваться.

Чувствую его эрекцию и неосознанно задерживаю дыхание. Мой мозг сопротивляется, но тело моментально реагирует на него.

- Конечно, будешь кричать, Черёмуха, не сомневайся.

- Ян, пожалуйста, это уже не смешно, - произношу я и чувствую, как он дышит мне в висок, и пытается выровнять дыхание.

Я начинаю мысленно молиться о том, чтобы мне хватило сил побороть это необъяснимое притяжение и послать этого придурка. Он тесно прижат ко мне. Мы так и замираем, и стоим какое-то время, пока наше дыхание не выравнивается, и сердечные ритмы не приходят в норму.

- Это ненормально, - выдыхаю я, ощущая, как загораются мои щёки.

Он резко дергается и отходит в сторону, а я пытаюсь не упасть. Цепляюсь руками за стол и прикрываю глаза. Как бы мне ни хотелось сейчас убежать и закрыться в своей комнате я понимаю, что это будет лишь попытка отсрочить неизбежное. Он так просто не отступится. Слышу его шаги и знаю, что Ян не спускает с меня своих глаз. Темнота стала настолько привычной, что я вижу отчетливо каждую деталь. Резьбу на большом дубовом столе и даже мелкие крупинки от сыра. Господи, о чем я думаю? Все нервы оголены и томление внутри не отпускает. Разворачиваюсь к нему лицом и не понимаю, как себя вести и что мне делать.

- Ты хоть понимаешь, что одним своим только взглядом умоляешь меня трахнуть тебя. Я, черт возьми, не железный, Черёмуха и даю тебе всего лишь пять секунд. Убирайся немедленно и беги в свою комнату. Закройся на десять замков, тогда я отступлю. Давай же беги, что застыла, как статуя?

Прижимаю разодранную ткань, стараясь прикрыть наготу, и кидаю мимолётный взгляд на закрытую кухонную дверь. Давай же, Аня, беги пока не поздно, молю я мысленно, но мои ноги не двигаются. Я продолжаю смотреть на него. Мне почему-то хочется перемотать этот вечер назад и все исправить.