Проводник Хаоса. Книга 9

Какое желание ты бы хотел исполнить?

Несмотря на то, что Пастырь представлял собой лишь осколок разума и вряд ли обладал волей, ответил он после заминки, будто не желал делиться сокровенным.

— Я бы хотел восстановить свой мир, — наконец, произнес он. — Найти и спасти остатки моего народа.

Ответ стал неожиданностью для Игната: Пастырь не был похож на альтруиста. Но с другой стороны, он не так уж хорошо знал ксеноса.

— Хорошее дело, — с заминкой ответил Игнат. — Но…как?"

"Он ощущал себя неловко, расспрашивая Пастыря об этом. Будто обманом залез в чью-то детскую мечту. Мечту, которая уже никогда не сбудется. Но он не мог дать сентиментальности взять вверх над разумом.

— Я хотел обрести силу Титана, — пояснил Пастырь.

Игнат мгновенно вспомнил о существе, даже труп которого излучал невероятное ощущение мощи. Он ведь так и не продвинулся в своих изысканиях по этому поводу.

— Отправь мне информацию, — сказал он.

Пастырь, вернее, слепок его личности, похоже, не имел настоящей свободы воли. А может, из-за знакомства с Игнатом не сопротивлялся. Ксенос немедленно отправил пакет информации, который Игнат при беглых поисках в чужой памяти попросту пропустил.

Достаточно объемный поток информации вызвал легкую головную боль, но Игнат не обратил внимания. Когда он осознал смысл, то невольно замер, проникнувшись грандиозностью замыслов ксеноса. Игнат понятия не имел, что Пастырь мог таить настолько важную информацию.

«Значит вот, что такое Титаны, — подумал Игнат, обдумывая полученную информацию. — И вот, зачем тебе их осколки».

Игнат уже знал, что первостихия имеет свою волю. Когда Проводник следовал ей, Хаос отзывался охотнее. Когда же он шел вопреки его воле, не желая участвовать в войне, то контролировать энергию становилось намного сложнее.

Это было очень опасный момент. Сила Хаоса была дарована Игнату, пока он следует его воле. Пока он участвует в войне, все хорошо. Но если он откажется от этого, то может потерять все свои силы. Проблема была актуальна не только для него, но и для адептов других сил. Однако разумные существа не хотели становиться лишь пешками, живущими для выполнения воли стихии.

Титаны — этот титул носили могущественные существа, достигшие во владении своей стихией величайшего мастерства. Но главным их отличием стало другое. Им больше не требовалось следовать воле стихии. Наоборот, подчинив её полностью, они могли выбрать собственный путь.

«Любопытные вещи ты мне поведал, Пастырь, — подумал Игнат. — Ох и любопытные».

Пастырь хотел обрести силу Титана. С божественной кровью на руках он думал, что сможет восстановить родной мир. Игнат не знал, исполнима ли была его благородная цель. Куда больше его заинтересовал путь к этой цели.