Проводник Хаоса. Книга 2

Впереди ощущалась энергия живого существа, достаточно мощная, чтобы фонить через толстые стены зала.

«Пока меня не увидят, аспект сокрытия должен уберечь от обнаружения сканирующими навыками», — подумал сноходец.

Мужчина понимал, что это не панацея, но он уже зашёл слишком далеко, чтобы просто так отступить. Решившись, как мог тихо подобрался к арке, ведущей в следующее помещение, и выглянул. Взору предстал очередной зал, разве что намного больший, чем предыдущие. Если Игнат правильно помнил расположение, он был центральным.

Взгляд тут же зацепился за тот самый гроб, в котором монстры бережно сохраняли останки. Артефакт стоял на каменном возвышении в центре зала. В большом холле, засыпанном песком, он выглядел как последнее пристанище усопшего фараона.

Сноходец не обратил внимания на каменный саркофаг, ведь было кое-что, куда более привлекающее взгляд. Крышка артефакта оказалась сброшена на пол, а на ложе полусидело... нечто.

Монстр выглядел как красный скелет. Присмотревшись, мужчина понял, что алый цвет —тонкий налёт свежей плоти на истлевшем костяке. Нетрудно было догадаться, что это и есть тот самый хозяин, которого демоны таскали в внутри каменного гроба.

«Но почему этот урод восстановился?» — задался вопросом Игнат.

Раньше он только догадывался о смысле ритуала и смог успешно прервать его. Истлевшие останки внутри артефакта почти не получили энергии. Тогда почему монстр ожил?

Только мгновением позже Кедров заметил высохшие останки рядом с каменным возвышением. Вполне возможно, что это были те четыре прислужника, которые тащили саркофаг. Другого объяснения, откуда монстр взял силу, у мужчины не было.

«Ритуал был прерван, — предположил сноходец. — Но, возможно, дал толчок пробуждению сознания. А дальше он пожрал своих слуг».

О своих дальнейших действиях додумать ему не дали. Лёгкое дыхание энергии прошлось по залу. Игнат почувствовал, как вуали аспекта сокрытия, что-то коснулось.

«Я ощущаю, что ты здесь», — в разуме слова возникли сами собой. Кедров бы подумал, что это его собственные мысли, но больно они казались чуждыми.

Мужчина уже не первый раз на себе испытывал чужое ментальное воздействие. Он быстро понял, с чем столкнулся.

«Не скрывайся, воин, — продолжал вещать незваный собеседник. — Я слишком немощен, чтобы быть опасным, и не желаю сражаться».

Если этот монстр хотел убить Игната, то он великолепно скрывал свои истинные намерения. Сноходец ощущал лишь спокойную мыслеречь с неким налётом благородства.

Но простейшей логической цепочки было достаточно, чтобы понять всю опасность ситуации. Игнат вмешался в ритуал и прервал его, порушил планы этого существа. И монстр не может испытывать ничего, кроме жгучей ненависти за это.