Провинциальная история

И жене в радость, и ему не сложно.

— Она-то не просто выставку, но в Государевой академии Изящных искусств. И учиться там же.

Марьяна Францевна приподняла бровь.

— И что? Не сможет устроть?

— Он-то сможет, чего ж не смочь. Девочка и вправду одаренная, только… сама посуди. Во-первых, теперь она княжна. Во-вторых, молодая и красивая… и среди нищих студиозусов учиться? Сама знаешь, что там за нравы… оно, конечно, Аглая — девочка умная, но вот… слухи пойдут.

Эльжбета Витольдовна настоечку пригубила.

Конфеты были хороши.

— Пусть так наставников наймет…

— Он вообще против, чтобы она рисовала.

— Уверен, что всенепременно нарисует что-то этакое, что родовую честь уронит. И что княжне рисовать можно только акварельки для семейных альбомов.

— А от тебя чего хотел?

— Чтобы повлияла. Поговорила. Убедила.

— А я… я не знаю. Устала я убеждать… одному не нравится, что жена его рисованием увлеклась, другому — что садом занимается, третьему характер кажется слишком уж неподатливым, четвертый уверен, что она вовсе должна сидеть и ничего не делать без его высочайшего дозволения.

Она опрокинула рюмку до дна и содрогнулась.

— И я ведь пытаюсь… объясняю, говорю. Они вроде понимают. Пока говорю, понимают. А как выйдут отсюда, так опять… и начинают то отговаривать, то запрещать, то еще чего… потом сами удивляются, куда сила уходит, что прибытку ей нет. А откуда прибыток, когда ведьма несчастна?!

Это она сказала, пожалуй, чуть громче, чем следовало бы, а после и вовсе добавила крамольное:

— Порой мне кажется, что раньше оно все как-,то… честнее было. Мы не любили их, они нас… и все. А тут… уеду, — это Эльжбета Витольдовна произнесла с немалою убежденностью. — Вот… в командировку и уеду.

— Куда? — тотчас заинтересовалась Марьяна Францевна.

Она поглядела на другую стену, которую занимала карта Беловодья со всеми его городами, городками и махонькими даже поселениями. Карта была рисована под старину, а потому изобиловала непонятными знаками и диковинными зверями.

— В Канопень, — Эльжбета Витольдовна повторила слово мрачно. — Доклад пришел. Точнее, запрос. Тамошний верховный интересуется, не отправляли ли мы в Канопень ведьму…

— Вот и я о том… я точно никого не отправляла. А стало быть… или самозванка.

— Или… — глаза Марьяны Францевны блеснули. — Погоди… это же…

Она поднялась и, отыскав-таки на карте упомянутый Канопень — городишко, судя по рисунку, был вовсе не так уж мал, просто весьма далек от столицы, — ткнула пальцем.

— Именно, — сказала Эльжбета Витольдовна, не дожидаясь вопроса: некоторые вещи лучше было не озвучивать. — Именно…

Она глядела на карту.

И… мысль об отъезде согревала душу не меньше, чем вишневая наливка. А еще появилась мысль, что вовсе не обязательно ехать одной.