Провинциальная девчонка

Ноэ, в полной уверенности, что его спину прикрывает Тео, точно так же, как сам он делает все, чтобы защитить друга, помчался по следу Монка.

Добравшись до двери, он распластался по стене, высунул руку и снова выпалил.

Монк успел приготовиться. Ответная пуля пропахала канавку в двери у самой головы Ноэ. Тот отпрянул. Вскоре вся стена стала похожей на дуршлаг. Осколки штукатурки летели во все стороны. Воздух был серым от цементной пыли. Да и шум стоял оглушающий, такой, что уши закладывало, но Тео показалось, что все перекрыл женский крик. Правда, наверняка сказать было трудно. Ноэ оглянулся, заметил бегущего Тео. Человек, за которым он гнался, скрылся за дверями коридора, где находились операционные.

Беги направо. Направо. Подальше от Мишель.

Тео рванулся вперед, пролетел сквозь двери, упал, перекатился со спины на бок, моля Бога, чтобы Престон попытался прорваться к выходу.

Обойма «шока» в левой руке опустела. Он не мог тратить время на перезарядку. Двери, ведущие в блок интенсивной терапии, все еще покачивались. Значит, Престон притаился там. Тео попытался встать на колени, заметил вспышку и, когда оконное стекло разлетелось, понял, что нужно заворачивать за угол, чтобы уйти с линии огня.

Это ему удалось, но уцелел он едва-едва. Пуля пролетела в Долях дюйма от его лица. Из операционной с воплями выскочила медсестра. – Назад! – скомандовал он, выщелкивая пустую обойму и вставляя новую. Женщина мгновенно исчезла. Тео прижался спиной к стене и стал ждать. Даже сюда доносился голос Уилли.

Касаясь стены плечом, он стал потихоньку подвигаться к углу, но нечаянно нажал на выключатель, и с последними нотами песни в коридоре стало темно. Правда, того света, что падал из окон операционных, было вполне достаточно. Куда подевался Престон? Неужели успел взять заложника? Или сумел отыскать безопасный выход? Но такового просто нет! Он должен непременно вернуться сюда!

И где, черт побери, полиция? Когда позарез нужны, ни за что не дозовешься! Ну же, Бен! Тащи сюда свою задницу! Стань героем дня.

Ты не пройдешь мимо меня, Престон! Ни за что. Оставайся в операционной, Мишель! Не выходи, пока все не будет кончено!

Вспомнив о каталке, Тео стал пятиться, пока не коснулся ногой колесика. Зацепившись кроссовкой за металлическую стойку, он подвинул каталку ближе к углу.

Давай! Давай! Делай свой ход!

Мишель только что наложила последний шов и ждала первого кашля, после того как анестезиолог удалит трубку. Малыш держался молодцом и, если не будет осложнений, сможет уже через месяц снова взбираться на любимое дерево. При условии, разумеется, что мать хоть на минуту выпустит его из виду.

– Ну же, солнышко, кашляни для меня, – прошептала она. И услышала едва заметный стон, сопровождаемый сухим кашлем.