Провинциальная девчонка

Молния располосовала небо, и на какой-то миг стало светло как днем.

– Дьявол, – пробормотал Тео при виде еще одной фигуры, метнувшейся через дорогу.

А в это время Мишель одевалась в ванной при мягком свете ночника в коридоре. Она едва успела сунуть ноги в теннисные туфли, когда погас свет. Мишель совсем недавно вкрутила новую лампочку. Вряд ли она успела перегореть.

Ринувшись в спальню, она обнаружила, что циферблат на радиоприемнике тоже погас. Либо молния ударила в линию электропередачи, либо кто-то перерубил силовой кабель. Вторая мрачная возможность куда вероятнее. К тому же она ничего не видит в темноте.

Шкаф для белья был как раз за спальней для гостей. Мишель пошарила по двери, нашла ручку, повернула и, встав на цыпочки, стала ощупью искать фонарик на верхней полке; но добилась только того, что свалила бутылку спиртового растирания и коробку с лейкопластырем. Бутылка ударила ее по ноге. Мишель пинком отправила ее в шкаф, нашла фонарик и закрыла дверь, чтобы ненароком не удариться.

Полоски лейкопластыря разлетелись по всему полу. Мишель, спеша добраться до гостевой спальни, поскользнулась но удержалась на ногах.

– Телефон не работает, а электричество вырубилось. Тео, что происходит?

– Во дворе прячутся двое. Один сидит за платаном и не двигается. Найди мой сотовый и передай мне. Нам необходима помощь.

Мишель боялась включить фонарик, потому что занавески были раздвинуты и те, кто следил за домом, могли увидеть свет. Поэтому вслепую поискала на комоде, чувствуя, как с каждой секундой усиливаются досада и раздражение.

– Да где же он? – пробормотала она и услышала, как где-то поблизости взревел мотор. Мишель подбежала к окну и увидела свет в лодке, подходившей все ближе к причалу. Она не могла точно сказать, сколько человек сидит в лодке: глаза слепило.

Тео уже натянул джинсы и туфли и надевал через голову темную майку, пытаясь одновременно следить за окном. Боль снова ударила в плечо, когда он продел руку в рукав. Кожа была мокрой и липкой от крови. Он коснулся больного места, укололся о зазубренный осколок стекла и облегченно вздохнул: слава Богу, это не пулевое ранение!

Вытерев руки о джинсы, он одернул майку и вытащил осколок. Кожа горела, словно опаленная горячим железом.

– К причалу подходит лодка, – сообщила Мишель. – Должно быть, подмога этим двоим, верно?

Она смутилась, точно сказала глупость. Разумеется, это подкрепление. Кому из ее друзей придет в голову явиться посреди ночи?

– Что им нужно? – прошептала она.

– Об этом мы спросим их позже. Где мой телефон? – требовательно бросил Тео, пристегивая кобуру к джинсам. Потом сунул пистолет в кобуру и закрыл защелку. Он уже выработал маршрут отступления.