Провинциал. Книга 4 (СИ)

Осведомитель

В воздухе до сих пор стоял удушливый смог, куда вплетались ароматы сгоревшего пластика, раскалённого металла, дерева, несмотря на противопожарную пропитку, пожранного огнём… Получилась какая-то совершенно невообразимая вонь.

Хоть с основным очагом возгорания и было покончено, но до окончательной победы над огнём нам было ещё далеко.

Там, где до недавнего времени стоял складской комплекс, то тут, то там, из месива искорёженных конструкций, смятых обгорелых упаковок и Бог весть ещё какого тлеющего мусора, наружу прорывались язычки пламени.

Многочисленные пожарные команды заливали всё это пеной из широких блестящих раструбов. Дроны-пожарники, сновавшие над пепелищем, периодически опустошали свои цистерны и вода, в полном соответствии с законом тяготения, обрушивалась вниз.

Но, более половины её, не успев достигнуть раскалённого мусора, устилавшего землю, обращалась в зловонный пар, что поднимался обратно в небо грязно-зелёными клубами…

Я с грустью смотрел туда, где догорали миллионы кредитов, инвестированные мною и моими партнёрами в развитие проекта.

Рядом громко чихнула Лиза.

— Лиза, я знаю, что зажигать ты умеешь, — вдруг вырвалось у меня, — а потушить всё это безобразие сможешь? — и я сделал рукой широкое движение, обращая внимание сестры на пространство перед нами, сочащееся струйками зловонного дыма.

— Не знаю, — прошептала мне в ответ Елизавета, немного подавленная созерцанием последствий катаклизма, — но, будет интересно попробовать, — вдруг сказала она уже более бодрым голосом и тут же прикрыла глаза, принимаясь за дело.

Несколько минут она стояла почти неподвижно, опустив руки вдоль тела и сжав кулачки. Разве что, немного раскачивалась взад-вперёд. Лицо её было спокойным и отрешённым.

Мне показалось, что от её головы в сторону пожарища протянулись бесчисленные призрачные нити. И кончик каждой из этих нитей уходил под поверхность куч продолжавшего дымить мусора…

Но, уже минуты через две я отметил, что источников задымления с каждой секундой становится всё меньше и меньше…

Наконец, воздух над пепелищем стал почти прозрачным и Лиза открыла глаза. Она покачнулась и обеими своими руками вцепилась в мою одежду.

— Что-то ножки подгибаются, — сказала она, виновато посмотрев на меня, — но я, вроде как всё погасила.

— Ты у меня молодец, — сказал я, и повёл обессилевшую волшебницу к одному из бронеходов, чтобы она могла некоторое время отлежаться на широком кожаном диване и набраться сил.

Уложив сестрёнку поудобнее я подался назад и чуть не наступил на ногу неслышно подошедшему Семёну.

— Ну, ты это, полегче, — сказал Семён, отдёргивая в последний момент ногу.