Дерзкая подруга сестры, или Проучить тебя

И можешь не надеяться к нам даже в массовку попасть.

Такой вот чести удостоилась…

Сама рыбина до меня снизошла, чтобы плюнуть и перечеркнуть то, чем хотелось еще заниматься.

— Ходи и дальше на балет в своем розовом балахоне, — подгавкивает рыбине помощница.

Идея с кирпичом уже не кажется просто фантазией. Шмяк ей в противную рыбью морду, и мне полегчает. Только подумала, а уже хорошо-о-о.

— Что вы врете? Я видела участников. Лучше Лизы никто не выступал, — моя поддержка тоже приходит от Арины.

— Ну да, ну да, рассказывать нам будете. Наш голос решающий, кого хотим, того берем.

— С капитаном спорить нельзя!

Обе деловые злюки с важностью бросают в нас свои законы.

— Не бойтесь, на отбор я больше не приду. Но тебе, Ева, придется подвинуться. Если не передумаю, то скоро я стану твоим капитаном.

Честно, хотела смолчать. Опять язык меня не слушает.

Под лошадиный смех стервозных участниц группы поддержки двигаюсь осторожно, но вперед и вперед.

Арина пристает ко мне, зачем я так сказала, еще больше дала повод им насмехаться. Сама не знаю зачем… В отместку за свое унижение. От обиды, наверное. Конечно, такое не сбудется. Невозможно. Лучше просто забить, да и все.

Справедливость забыла, кто я. Ау, Лиза Орехова на месте, здесь она, хочет проучить подлую рыбину. И мне сложно выбрать, кого раньше: ее или брата подруги?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍С выдуманной легендой заходим в аудиторию. Пока до своего места добираюсь, уже язык болит одно и то же повторять. И вот каждому становится интересно, не перепутала ли я наш факультет с балетом.

Хоть Мошкин не стал огорчать.

— Лиза, у тебя такое замечательное платье… кхе-кхе.

Культурный парень отпускает комплимент, при этом долго кашляя.

— Ой, я тебя придавила? Прости, Илья, — поправляю подъюбник. Надо же, накрыла Мошкина своим нарядом.

С переднего ряда к нам поворачивается однокурсница. Мы с ней вместе были на отборе в команду поддержки. Очень удивляется, что я пролетела. Ну а что мне скрывать? И хвалится тем, что ее как раз взяли.

— Помню, как она танцевала, — мне шепчет подруга, когда однокурсница после нас переходит хвалиться к другим. — Дрыгалась невпопад. Мостик не осилила. И под конец на пятую точку свалилась.

— Для массовки подходит, — я пожимаю плечами. — У нее не самый скучный танец был.

— Не слушай рыбину. Она же со злости все.

— Угу, — вроде и понимаю, но в душу как дерьма навалили.

Временно Арина отстает, мне совсем говорить не хочется. В платье становится жарко, мучаюсь из-за Евсея. Только больше всего меня бесит не это, а то, что он с ней, с гадкой рыбиной.

Боевое настроение ко мне возвращается только на перемене.